Книга Выжить после предательства, страница 42 – Алиса Мур

Он же смотрел на меня в ответ. В его глазах горел темный, порочный огонь. Отражение моих собственных тайных желаний, которые боялась признать. Это был не взгляд спасителя, а взгляд мужчины, желающего женщину. И эта женщина — я.

Дорога домой прошла в тишине. Напряжение в машине ощущалось физически. Я не знала, что сказать, как себя вести. Чувство долга и благодарности боролись со страхом перед его властным характером. Я пыталась убедить себя, что влечение — всего лишь благодарность, но сердце отчаянно протестовало.

Дома я долго ворочалась в постели, не в силах уснуть. Воспоминания о сегодняшнем дне, о браслете, о взгляде Александра преследовали меня. И вдруг меня накрыла волна ужаса.

Яркий, детальный кошмар вырвал меня из хрупкого забытья. Данила, мой бывший, стоял передо мной, его лицо искажено злобой и яростью.

— Шлюха! Ты пожалеешь, что связалась с этим Котовым! — кричал он, плюя мне в лицо.

Флэшбэки захлестывали меня, бурным потоком. Снова и снова слышала его оскорбления, чувствовала его злость, видела его красные, налитые кровью глаза.

Я попыталась убежать, но он схватил меня за руку, сжимая ее до боли. В животе заныло, и я с ужасом вспомнила о ребенке, о той маленькой жизни, которая зародилась внутри меня. Страх за него, за будущее, парализовал меня.

Проснулась в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем. Ощущение незащищенности и уязвимости сдавило грудь. Прошлое, которое я так отчаянно пыталась забыть, настигло меня в настоящем, отравляя каждый миг.

Соболева Арина Викторовна.

Вчерашний ужин, как яркая вспышка, ослепил меня, а сегодня оставил лишь неприятное послевкусие. Браслет, Cartier, Котов… Всё это казалось какой-то нереальной, навязанной картинкой. Я и бриллианты — оксюморон. Я здесь чужая. Скорее чувствовала себя воровкой, чем счастливой обладательницей.

Мои отношения с Александром Николаевичем становились все более сложными и запутанными. Я хочу и боюсь, что он разрубит этот узел.

Утро встретило меня тяжелым, свинцовым ощущением. Я старалась не показывать Котову своего состояния, но он, казалось, чувствовал все мои эмоции. За завтраком молчала, игнорируя пристальный мужской взгляд. В нем и ярость, и … желание. Обычно так смотрят дикие звери на добычу, которую готовы растерзать, но прежде — долго, мучительно ею наслаждаться.

Поездка на работу была мучительной. Ехала в офис строительной фирмы Котова, сознательно избегая любых намеков на наши отношения. Боялась сплетен, пересудов, косых взглядов.

Сегодняшний день начался как-то… странно. Ещё в такси меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают. Глупо, конечно, но от этого не становилось легче. Войдя в офис, сразу ощутила перемену. Атмосфера стала какой-то натянутой, словно резина, готовящаяся лопнуть.

Кто-то собирались в кучки, что-то шептали, резко замолкая, как только я оказывалась рядом. Будто я не Арина, помощница, а как минимум сотрудник ФСБ с мандатом на обыск. Котов сегодня тоже был не в духе. Угрюмый, сосредоточенный, он почти не смотрел на меня. Зато в переговорную комнату, куда он скрылся с очередным незнакомцем, он ушел с такой скоростью, будто от этого зависела его жизнь..

Но, быстро скинув это наваждение, приступила к работе. Первым делом выполняла срочные поручения, ответила на звонки, отсортировала документы. Изредка бросая быстрые взгляды на босса.