Книга Котенок Шмыг, авария и полный мандарин!, страница 47 – Яна Лари

Лада скрещивает руки на груди, притормаживая меня ледяным взглядом.

— Так она была на аукционе или не была?

Вот заладила!

«Спасибо», Алиса, и на расстоянии не упускаешь случая подгадить.

— Была! — повышаю голос, щёлкая ремнём. — Но это ничего не значит. Мы очень плохо расстались. Может мне от неё письменное подтверждение взять? Лада, ну правда, эта игра в кошки-мышки уже напрягает, — произношу уже мягче и веду по её щеке большим пальцем.

— Не с потолка же ты заговорил о свадьбе.

— Не с потолка.

— Что вдруг тебя сподвигло? Я не понимаю!

— Ты, — самое удивительное, что эти слова просто вырываются сами собой без единой запинки. — Почему ты не хочешь мне просто довериться? Я что-то не так делаю? Ну ты просто скажи, исправлюсь.

Добавить мне больше нечего, да и не успеваю. В комнату беспардонно заходит Антон.

— Кстати, у тебя кот не кормленный, ты помнишь?

Чух-чух, чух-чух, чух-чух…

— Подумай хорошо над тем, что я тебе сказал, — бросаю Ладе, подхватывая пиджак и рубашку.

Мы вызываем такси. В салоне серьёзно смотрю на брата.

— Антоха…

— Я завтра съезжаю, — опережает он меня буднично.

— Чего это?

Я же его не выгонял пока.

Брат на меня смотрит, как на придурка.

— Пусть хоть у тебя будет личная жизнь. Денёк-другой в отеле перекантуюсь, ремонт уже на финишной прямой.

И мне совершенно непоследовательно становится стыдно. У меня бурный роман, кот и даже Гюнтер, а у него… по сути, только новые обои.

— Знаешь, я тут подумал. У Лады ведь должны быть симпатичные подруги…

Антон с усмешкой смотрит в окно.

— Расслабься. Таких и у меня хватает.

Ну да. Симпатичных пруд пруди. Та самая — одна.

Дальше едем каждый в своих мыслях.

В квартире неожиданно пахнет блинами.

Что за нафиг?..

А ещё кот впервые за всё время не выходит меня встречать.

— О, а мы вас обыскались. — Брат первым заходит на кухню, поэтому я гостью вижу с небольшим опозданием.

Шмыг тоже здесь. Уминает сметану, морда продажная.

— Зачем искали-то? — Гюнтер с удивлением смотрит на меня. — Ты сам вчера дал мне ключ, болезный. Покормить кота.

— Милейший человек! — Потирает руки Антон, кружа над блинами.

Умеет он быть глухим, когда ему надо!

— Здрасте, — здороваюсь растерянно.

— Давно не виделись, — фыркает Зоя Михална и уводит меня в коридор. — Я уже ухожу. Пойдём, Маратушка, проводишь.

Та-а-ак. А что это мы вдруг такие милые?

Марат

— Зоя Михална, я вас не узнаю… — Прищуриваюсь, гадая, чем вызвана её доброжелательность.

— Да? Это всё новый палантин. Лавандовый цвет молодит, — прикидывается она валенком.

— Носите почаще… свой палантин.

— У тебя очень красивая квартира, — без какого-либо перехода меняет она тему. — Пыльно правда, не хватает женской руки

— Я учту. — Киваю, надеясь, что тема закрыта.

В целом я понимаю намёк, но чугунная голова не располагает к задушевным беседам.

— Поторопись, — многозначительно бросает Гюнтер, остановившись между мной и долгожданным звуком захлопывающейся за её спиной двери. — Ты вообще в курсе, что пылевые клещи могут откладывать до тысячи яиц в день? Прямо у тебя на подушке. И пока ты не женишься, так и будешь втягивать их носом.

Фу, боже мой. Меня сейчас вывернет.

Я смотрю на неё, пытаясь понять, это что сейчас было? Сватовство или очередной акт садизма?

— Спасибо за ценную информацию, — шепчу сдавленно.