Книга Обнажая запреты, страница 21 – Яна Лари

Не знаю, чего ожидал Север. Явно не пощёчины. У меня рука немеет, а он смеётся. И, кажется, в этом смехе звенит эхо всей моей боли.

Не зарекайся

Анна

Ещё утром, выскакивая из Даниной машины, я представить себе не могла, что ближе к полуночи буду сверкать золотыми пайетками на платье, потягивая коктейли в одном из самых модных ночных клубов города.

Правда, платье на мне чужое, а проход обошёлся всего в четверть цены благодаря акции: «Прекрасным девушкам в золотом в день рождения клуба Gold мегаскидка». Ну и пронырливости Ланы, конечно.

И вроде бы всё легально, но в толпе прожигателей жизни я почему-то ощущаю себя самозванкой. Никак не могу перестать сравнивать себя с Золушкой и постоянно поглядывать на часы.

— Ань, не грузись ты так, — Лана, которая клянётся, что никогда не бывала в таких местах, явно пребывает на седьмом небе. — Стас ничего не узнает. У него же нет привычки заходить к тебе в комнату, чтобы поцеловать сестричку в лоб перед сном?

— В лоб обычно покойников целуют, — неловко отшучиваюсь, заправляя волосы за ухо.

— Ну, знаешь ли, домашняя тирания тоже пережиток, — фыркает она в свой бокал.

— Стас ни при чём, — задумчиво качаю головой. — Самой бы понять… Чувство какое-то паршивое, будто я где-то сильно проштрафилась, а где не пойму.

— Говорю же — ты слишком правильная! — заявляет авторитетно Лана. — Сбежала среди ночи, влезла в сексуальное платье, пропустила бокал-другой мартини. И всё за один вечер. Да твой внутренний праведник рвёт и мечет! Всего-то. Кстати, на коктейли сильно не налегай. Воспоминания должны остаться яркими. Когда ещё выпадет такая халява. Ну вот чего ты опять вертишься?

— Твоё платье дико колется, — смеюсь, поправляя съехавшую с плеча бретельку.

— Зато в груди красиво жмёт, — многозначительно играет она бровями. — Терпи. Это моя маленькая месть твоему брату.

— Ты, кстати, так и не рассказала, что у вас стряслось.

— Да нечего рассказывать. Прикинь, отшил с утра на ровном месте одним коротким сообщением.

— Так ты с ним переспала, что ли? — выдаю первое и самое очевидное, что приходит на ум.

— Что? — ошеломлённо округляются глаза Вертинской. — Нет! Конечно же, нет.

— Тогда странно вдвойне.

И это действительно так. Стас ничего не бросает на полпути.

— Шутишь? У нас было всего полтора свидания. Мы даже толком не целовались.

По тому, как Лана закусывает губу, понимаю, что невольно задела её за живое.

— Просто я слишком хорошо знаю своего брата. Вот и предположила. Извини, если обидела, — выдыхаю, без интереса осматривая зал.

Как учила меня мама: никогда не лезь в чужие отношения.

Внезапно для себя в чисто мужской компании, устроившейся за ближайшим столиком, замечаю знакомый профиль. Дан смеётся какой-то реплике русоволосого парня. На нём светлая футболка с «мёртвым» смайликом и надписью «Nirvana» — достаточно свободная, но ткань буквально трещит на широких плечах. Поплывший от алкоголя разум тут же требует медленный танец, дабы срочно насытиться силой этих рук.

Смотрю и внутри что-то щёлкает, когда он, словно почувствовав на себе моё пристальное внимание, медленно поворачивает голову. Я с трудом убалтываю себя отвернуться. В самый последний момент.

Хватит на сегодня игр со льдом.

— Симпатяга, да? — внимательный взгляд Ланы направлен почему-то не на объект вопроса, а на меня.