Книга Границы (не)приличия, страница 106 – Яна Лари

Но потом понеслись косяки за косяками.

— Ну кто так делает? — Север распахивает окно быстрее, чем я успеваю шваркнуть металлический противень с обуглившимся окороком на стол.

Я лишь закатываю глаза, жестом указывая ему на дверь.

— Вызвался ответственным за детей? Вот ими и занимайся. У тебя своя кухня. — Киваю в сторону пятилетней Лизки, дочери Лиса, зачерпывающей воду из миски спаниеля в игрушечную чашку.

— А ты как прошмыгнула? — взмылено стонет Север, когда Захар (или Назар?) принимается подрисовывать ему третью бровь. Маркером. Я решаю пока не говорить горемычному другу, что тот несмываемый.

Тем более не до нюансов ему, пытающемуся удержать в левой руке одного из своих неугомонных близнецов, а правой заграбастать непоседливую подопечную.

Четверо мелких разбойников, оставшись без надзора матерей, устроили беспредел в духе лихих девяностых. А Север уже явно не справляется с ролью смотрящего. И потому, когда из коридора под воинственный клич моей Сони: «Сто-о-ой, лошадка!» выскакивает такой же затравленный спаниель, он только с жалостью смотрит на часы.

— Крепись, — кричу ему вслед.

Дым раздражает слизистую, вызывая кашель.

— Да кто ж горячее на клеёнку кидает? — цыкает языком мой батя, заглядывая в окно.

Ах да, отец, наученный не одним десятком лет семейной жизни, филигранно свинтил в палисадник на поиски первоцветов. И ценные указания периодически продолжает раздавать уже дистанционно.

— Трындец, — пыхчу, пытаясь отодрать сначала противень от скатерти, а затем намертво пригоревший окорок. — Трындец и скатерти, и мясу!

— А ты вином залей, — уверенно советует он. — Мать ерунды не посоветует.

Пиликает, завершая работу, мультиварка. Под крышкой вместо обещанной рецептом творожной запеканки — рассыпчатая срань. Ума не приложу, как такое могло произойти. Я сделал всё строго по рецепту.

И надо же такому случиться, именно в этот бесславный момент на кухню заходят наши дамы.

Нормальный получился сюрприз. По глазам вижу — удался.

— Вы быстро… — Натянуто улыбаюсь, пытаясь вспомнить, чем нам доставка не угодила.

Атмосферу приближающегося праздника сметает предчувствием грандиозного нагоняя.

— Станислав, что тут произошло?.. — Первой отмирает бабушка, потрясённо осматриваясь по сторонам.

— Похороны кулинарного таланта. — С тоской заглядываю в округлившиеся глаза Аси.

Похоже, поздравить жену мне сегодня не светит даже один раз.

— Я к детям, — меланхолично сообщает сестра. Ну хоть за Севера можно быть спокойным. Теперь она точно согласиться родить ему дочь. Чтобы не расслаблялся.

— Tout est bon, ma colombe.

«Всё хорошо, моя голубка» — одними губами передразниваю Жана, глядя на то, как он галантно уводит бабушку с зоны боевых действий. На что мать выразительно качает головой, но тоже уходит вслед за хохочущей Луизой.

На кухне нас остаётся четверо. И то, как переглядываются наши жёны, ничегошеньки хорошего нам с Киром не сулит.

— Лисёночек, — пока ещё елейно тянет Полина. — А для чего тебе на кухне мотоциклетный шлем?

— Так лук режу, на салат, — зычно докладывает он, поднимая защитное стекло. Но Лис не был бы лисом, если бы тут же не попытался изобразить побитую собаку и присесть ей на уши. — Ты ради меня научилась готовить, и вот… Тоже захотелось порадовать. Не знаю, как ты, маленькая, справляешься. Я настаиваю на необходимости нанять домработницу, — трагически смаргивает набежавшие слёзы. И ниже над луком склоняется.

Каков артист! Совсем себя не жалеет. И что-то мне подсказывает, дома его всё-таки утешат.

— А ты, я полагаю, тут за шефа? — Ася с интересом заглядывает в мультиварку, отщипывает творожный комок. — Чем хоть кормить собрался?

— Запеканкой. — Заворожено слежу за тем, как соблазнительно смыкаются на пальцах пухлые губы.

— Вкусно. — Её взгляд темнеет, отчего внутри меня сладко дёргаются внутренности.

— И окорок. — Киваю в сторону стола.

— Румяный, молодец. — Она отвлекается на противень лишь на мгновение.

— Жёсткий как подошва. — Шепчу просевшим голосом, оттягивая воротник рубашки.

Жарко…

— Его можно запросто реанимировать.

— Значит, ты мной довольна?

— Ты лучший, Королёв.

— Мама! — пищит, забегая на кухню наша Соня. Я сгибаюсь, чтобы подхватить дочь и как каждый раз ненадолго зависаю, любуясь маленькой копией своей любимой женщины. — Софи — принцесса?

— Конечно, принцесса. — кивает серьёзно Ася.

— Дакона хочу! — Это взгляд уже мне — выпрашивающий.

Хмурю брови, делая вид, что раздумываю, а сам уже прикидываю, куда в нашей детской лучше установить террариум, или в чём там обитают гекконы…

— Дракон так дракон. — Блаженно вдыхаю солнечный запах рыжих кудряшек.

Разве моим любимым девочкам откажешь?

Конец