Книга Босс, ваше алиби – я, страница 59 – Алекс Скай

На экране появился документ. Инициатор изменения модели доступа:

М. С. Карелин. Плечи непроизвольно напряглись.

— Что именно он предложил?

Олег открыл обоснование. «Независимый внутренний контроль не может считаться независимым, если получает финансовые данные через подразделения, которые сам должен проверять. Предлагаю предоставить руководителю внутреннего контроля прямой просмотр реестра платежей, истории согласований и договорных карточек без права изменения». Я читала медленно. Аргумент был безупречный. Я сама могла бы написать почти то же самое. И всё же дата делала его гораздо менее нейтральным. Третье мая. Шестого мая доступ появился у меня.

А ложное согласование моим именем было датировано двадцать вторым апреля. За две недели до того, как право реально существовало. Кто-то заранее знал не только, что я получу должность. Кто-то мог предполагать, что у меня будет именно такой доступ. Я посмотрела на документ Михаила.

— Кто поддержал запрос?

— Комитет по аудиту. Артём. Финансовый директор.

— Павел.

— Да.

Я задумалась. Павел поддержал мой доступ. Позже начал собственную проверку. А перед тем, как его нашли в кабинете Артёма, написал: «Ищите того, кто привёл Соколову». Если Павел знал, что именно Михаил принёс мою кандидатуру, записка могла указывать прямо на него. И впервые за всё расследование у меня появился факт, который вёл к Михаилу не через его должность, старую обиду или догадки. Именно он нашёл меня. Именно он изучил мою карьеру.

Именно он добился включения в отбор. Именно он продвигал модель доступа, которая спустя годы позволяла моей фамилии выглядеть естественно рядом с финансовыми документами.

— Сделайте копии, — сказала я.

— Уже.

— И пока не говорите Артёму.

Олег оторвался от экрана.

— Почему?

— Потому что сначала я хочу поговорить с Михаилом.

— Это разумно?

— Нет.

— Хорошо, что признаёте.

— Но если Павел действительно указывал на него, я хочу услышать объяснение до того, как Михаил поймёт, что мы восстановили цепочку.

— Он может знать о записке.

— Вы сказали, что видел только ограниченный круг.

— Пока.

Я встала.

— Тогда не расширяйте его.

— Вера Сергеевна.

Я остановилась.

— Что?

— Не идите к нему с готовым обвинением.

— Не собиралась.

— У вас лицо человека, который уже написал заключение.

— Значит, сегодня оно врёт.

— Надеюсь.

Я тоже.

Михаил был у себя. Теперь я не постучала. Он сидел за столом с открытым ноутбуком и поднял голову, когда дверь закрылась за моей спиной.

— По выражению лица понимаю, что предварительная стадия закончилась.

— Кто нашёл меня?

Он не переспросил. Это уже было ответом. Михаил медленно закрыл ноутбук.

— Я. Совет утверждал должность и потом назначение, Артём окончательно выбрал вас после своей проверки. Но имя в процесс первым принёс я.

Прямота раздражала сильнее, чем попытка отрицать.

Я подошла к столу.

— Почему?

Михаил указал на кресло.

— Сядьте.

— Мне удобно стоять.

— Вера, если пришли обвинять, можете делать это и стоя. Если хотите получить ответ, разговор займёт время.

Я всё-таки села: ответ действительно требовал времени.

— Начинайте.

— Примерно за год до вашего прихода у нас стало слишком много внутренних конфликтов вокруг контроля. Финансовый блок проверял сам себя, операционные руководители жаловались на задержки, Артём считал, что существующая система слишком зависима от конкретных людей.