Книга Развод. Последний шанс вернуть жену, страница 42 – Дари Дэй

Это не случайность. Не ошибка инженеров.

Алекса подстроила аварию.

— Я хотела только остановить испытание! — закричала она. — Внутри находился манекен! Я не знала, что туда полезет ребёнок!

В палате стало тихо.

Даже полицейский, державший наручники, на секунду замер.

— Ты хотела уничтожить «Кокон», — произнесла я.

— Я хотела, чтобы ты убралась из «Атласа»! — сорвалась она. — Пока тебя не было, всё шло нормально. А потом ты вернулась, и Алан словно обезумел! Он смотрел только на тебя!

— И ты решила устроить аварию… Люди чуть не погибли!

— Никто не должен был пострадать!

Я посмотрела на неподвижного Алана. На повязку у него на голове. На забинтованное плечо.

Внутри поднималась такая ярость, что на мгновение потемнело в глазах.

Эта женщина едва не убила моего ребёнка. Алан сейчас лежал здесь только потому, что спас Катюшку из ловушки, которую устроила она.

Хотелось подойти и ударить её.

— Из-за тебя он чуть не погиб, — тихо сказала я.

— Из-за тебя! — закричала Алекса. — Тебе не стоило возвращаться в «Атлас»!

Полицейский развернул её и завёл руки за спину. Наручники щёлкнули.

Она дёрнулась, но второй полицейский сразу подошёл ближе.

Несколько секунд она смотрела на меня. Потом перевела взгляд на Алана.

— Он не позволит вам меня арестовать. Вы слышите? Когда он придёт в себя, вы все пожалеете!

Начальник службы безопасности открыл дверь.

— Алан Асколов лично приказал бы мне передать вас полиции, если бы сейчас мог говорить.

Алексу вывели в коридор. Следователь и сотрудники службы безопасности вышли следом.

Дверь закрылась, и палата снова погрузилась в тишину.

Я села рядом с кроватью. Всё произошедшее не укладывалось у меня в голове. Алекса подстроила аварию, чтобы избавиться от меня, и едва не убила Катюшку.

Как я ему всё расскажу, когда он проснётся?

— Мы со всем справимся. Только проснись, пожалуйста… — тихо сказала я.

Склонилась ниже и коснулась губами его холодных пальцев.

— Я рядом. И больше никуда не уйду.

И пальцы Алана едва заметно сжали мою руку…

АЛАН

Через четыре дня после того, как я пришёл в себя, врач пообещал выписать меня из больницы.

При одном условии: ближайшие две недели я проведу дома, буду принимать лекарства и не стану изображать из себя бессмертного.

С последним требованием могли возникнуть сложности. Но я благоразумно промолчал.

Из реанимации меня уже перевели в отдельную палату. Кислородную трубку сняли, разрешили вставать и понемногу ходить. Правда, при каждом глубоком вдохе сломанные рёбра напоминали о себе, а правое плечо всё ещё закрывала повязка.

Дочь (дочь!) навещала меня каждый день. Приносила рисунки, забиралась на край кровати и рассказывала обо всём, что произошло за те несколько часов, пока мы не виделись. Сегодня няня увела её домой сразу после ужина.

Ира осталась.

Она стояла возле окна и смотрела на вечерний город. За последние дни я впервые видел её не испуганной и не измученной. Просто немного уставшей.

Но она нравилась мне даже такой.

Мне нравилось смотреть, как она поправляет очки одним пальцем. Как хмурится, читая сообщения в телефоне. Как машинально поджимает губы, когда о чём-то раздумывает.

Я не мог отвести от неё глаз.

— Завтра тебя выписывают, — сказала Ира, обернувшись.

Я улыбнулся, кивнув.

После аварии Ира стала вздрагивать от любого писка медицинского прибора. Несколько раз просыпалась ночью на диване возле моей кровати и подходила проверить, дышу ли я.