Книга Развод под прицелом объектива, страница 87 – Ольга Игонина

Ещё вчера я бы отказалась от помощи, но не сегодня. День до конца обещает быть супер насыщенным.

— А вдруг Гошка взял в заложники моих родителей, — странная мысль забежала в голову.

— Тем более, пора всех освободить от твоего бывшего. Пойдем, все будет хорошо. Я рядом.

Я рядом — слова — маячки, светлячки и ориентиры. Пусть у всех людей будет тот, кто их скажет.

Интересно, почему мама не позвонила, не предупредила. А вдруг Нестеров убил мою семью. Внутри тревожность. Как будет справедливо, что после всего хорошего с Костиной стороны, пинок от мира будет закономерным.

Открываю дверь. Криков нет и воплей нет.

— Да не любила она меня никогда. То бы у нее так быстро мужик не появился, — голос Нестерова. Подпитый, кажется.

Смотрю на обувь. Никитка тоже ещё здесь? Тут шоу холостяк намечается?

— Мам? — осторожно, боюсь, не услышать ответа.

— Ульяша, Гоша к нам ещё приехал. Горюет.

— А Никитка у нас прописался или ждет, пока мама за ним приедет, потому что на улице стемнело.

— Ульяна, — очкастый воробушек встрепенулся, — У вас ошибочное суждение. Я готов за вас драться.

Становится в стойку боксера.

Гошка ржёт.

— Только не говори, что ты вот с этим? — ещё пока по документам муж пристально смотрит мне за спину.

— Да, она со мной. Она теперь моя женщина, а тебе пора переставать метить территорию.

Хороша картина — три мужика Ульяны Нестеровой.

Немая сцена.

Мама пробегает глазами по нашим гостям, не могу сказать, что она очень рада.

— Ульяша, это и есть мужчина твоей мечты, — улыбка на ее лице расплывается, смотрит за мою спину, кажется, Костя ей нравится.

— Мам, — цыкаю на нее.

— Проходите, я вкусный чай заварила, сейчас попьем, поболтаем.

Мама в эту минуту немного похожа на безумную, как будто она не понимает, что со всем этим коллективом делать.

Гошка смотрит на нее с удивлением, кажется, это его обезоружило.

— Никакого чаю. Никите пора домой, он что-то задержался. Адрес свой помните, — поворачиваюсь к нему.

Никитка смотрит на меня, отламывает кусочек пирожка и кладет в рот. Ужасно бесит. Хлопает на меня огромными глазами, от толстых стекол они стали еще больше.

— Я сейчас доем и пойду.

Кого же мне напоминает “этот Никитка”, какой-то комичный персонаж, никогда не думала, что такие живут среди нас.

— Вы можете есть по дороге, не подавитесь.

Маме не нравится моя идея, она укоризненно смотрит на меня.

— Нестеров, тебе тоже пора. Не могу сказать, что рада встрече.

— А я рад. И что у тебя все хорошо — тоже рад. Но я к тебе не по любовным делам, вижу, в кровати тебя кто-то уже согревает. Константин, если я верно запомнил имя, — Гошка делает что-то подобие реверанса. — Я бы ему морду раскровил, но некоторое время назад мы пожали с ним руки.

Правда?

Не вижу реакции Кости, но спиной чувствую, что обстановка накаляется.

— Ладно, вижу, что я тут не ко двору. Но я пришел и не для того, чтобы ты обо мне хорошо потом вспомнила, — ухмыляется, делает вид, что очень доволен своей остроте.

— А для чего? И я уже не знаю, что ты должен сделать, чтобы я о тебе просто не думала, а не проклинала в агонии. Хотя, может, ты пришел извиниться, сказать, что был неправ?

Так и стою на пороге кухни, ощущение, что ноги вросли в пол. Не могу сделать шаг, чтобы дойди до стула.

— В чем я неправ? В том, что ты полезла по головам? Могла бы позвонить мне, и мы бы что-то придумали. Ну семья не получилась, это же не значит, что бизнес строить вместе нельзя?