Книга Возвращение домой, страница 62 – Диана Мершери

От этих мыслей жвачка вмиг становится невкусной, и я выплевываю ее прямо на газон. Не обращая внимания на мир вокруг, опускаю голову и смотрю на свои кроссовки. Нависшие надо мной тени закрывают палящее солнце, а далекие небоскребы прячутся за упитанными телами. Мужчины в полицейской форме указывают на валяющийся в траве мусор.

— И что? Эта жвачка вам мешает? Пусть себе валяется, вам какое дело до нее, – я резко поднимаюсь с горячей скамьи.

Офицеры начинают меня отчитывать – это понятно по их грубому тону и множественным складкам на лицах.

— Такой скандал из-за жвачки… Кажется, вы делаете из мухи слона.

Вдалеке группа туристов, получившая багаж, переходит дорогу. Я завидую их безмятежности, ведь к ним не пристают с дурацкими упреками.

— В самом деле, мы же в свободной стране, – обращаюсь к офицерам. Неожиданно вспоминаю, что знаю итальянский, и начинаю тараторить, осыпая собеседников разными фразами, пока один из полицейских не хватает меня за руку.

— Эй, не трогай меня, – говорю громко, упираясь. Второй сотрудник молчит. – У меня завтра рейс домой! Отпустите меня немедленно!

Я начинаю показывать рукой в небо, но это не помогает убедить их в моей адекватности. Из всех слов офицера улавливаю только «офис». Скорее всего, они хотят забрать меня в полицейский участок средь бела дня.

— Нет, я никуда не двинусь с этого места! – мой голос звучит взволнованно и убедительно.

В любой стране я буду чужая, ведь мне и пары слов не связать. Все, что говорю мужчинам, воспринимается как негатив. Может, дело в том, что я никогда не выбираю тон и выражения?

Вдруг в суматохе слышу знакомую хрипотцу за спиной и тихонько радуюсь свету в этой глубокой яме. Рома, по всей видимости, вежливо просит отпустить меня, потому что я довольно быстро высвобождаюсь из лап негодяя. Суетно обрисовываю проблему Роме, а потом он отвечает на вопросы полицейских. Пульс хаотично шумит в ушах, а по ногам время от времени пробегает дрожь.

Немыслимо, что здесь можно застрять из-за вонючей жвачки. У меня нет денег, я не знаю языка, так еще и в тюрьму могут упечь, как сказал Рома. Если, общаясь с сокамерницами, мне удастся выучить английский, то за такой исход хотя бы не будет обидно.

Я уже представляю отшельническую жизнь вдали от дома, но Роман неожиданно произносит:

— Кристин, подбери жвачку и выброси ее в урну.

— Надеюсь, ты понимаешь, что сейчас натворила. Полицейские могут арестовать любого, кто нарушит правила, загрязняя город. Ты не читала о стране, куда собиралась?

— Курить здесь тоже нельзя?

Мы сворачиваем в сквер, находящийся на нижнем уровне. Прилегающая дорожная территория с оживленной развязкой уходит вверх и переплетается в паутине скоростной трассы. Если бы я понимал эти расстояния заранее, не позволил бы взбалмошной особе дезертировать из гостиницы.

Ступая в место с густо высаженными деревьями, мы обращаем внимание на инсталляции. Кристина, идущая впереди, поднимает голову, чтобы рассмотреть большие конструкции: незамысловатые фигуры из металлического каркаса полностью покрыты экваториальными цветами и зеленью. Автоматический полив орошает огромную муху с выпученными глазами, а слон со вздыбленным хоботом направляет свой взор к небу. Сингапур поражает своей современностью и технологичностью, но при этом остается живым, цветущим городом.