Книга Возвращение домой, страница 148 – Диана Мершери

На брифинге нас проинформировали о стране, в которую мы летим. Аргентина, третья по численности населения страна Южной Америки, очень жалует туристов. По словам путешественников, на улицах Буэнос-Айреса можно встретить целые толпы, чего я не люблю.

Когда я узнала о предстоящей поездке за границу, сразу попросила службу перекинуть меня на другой рейс. Если снова угораздит где-нибудь застрять, экипаж будет работать без одного бортпроводника, а вызволять его придется не только из страны. «Туристы часто попадают в тюрьмы Буэнос-Айреса», – так гласят сводки новостей. Однако диспетчер не стала со мной это обсуждать и просто повесила трубку.

Делюсь переживаниями с Иной, но она считает, что во второй раз «ошибки» произойти не должно, ведь тогда злоумышленника точно вычислят. Хоть подруга и не в восторге от моего сотрудничества с мошенником, она этого не показывает.

На втором взлете я вызываюсь помочь ей на кухне. Девушка сгребает в контейнер мятные леденцы, которые пассажиры не взяли, и предлагает мне один. В кухне царит спокойствие и безмятежность.

Скоро я это исправлю.

Решаю вновь заговорить о договоре Марсенкова.

— Возможно, это неправильный выбор, но порой хочется сделать так, как считаешь нужным. Довериться тому, во что веришь, – мямлю я, снимая пиджак, обуреваемая идеей наказания.

Леденец за щекой у Ины перекатился с левой стороны на правую.

— Мне все равно. Это твоя жизнь, и ты вольна сама ею распоряжаться. Кто я такая, чтобы лезть в чужие дела. Но да, это в корне неправильный выбор, который будет преследовать тебя всю жизнь.

Нечего и добавить.

— И, Кристи, скажу правду, – продолжает Лайина. – Ты выглядишь неестественно. Нет в тебе той искры, какая должна быть у влюбленной.

— Ина, какая искра?

— Когда в жизни появляется любимый человек, ты меняешься к лучшему. Но у тебя все иначе: ты будто черствеешь. Уверена, это из-за проблемы, которая тянется из детства и которую ты не можешь оставить и забыть.

— Я – из другого теста. Не тебе решать, как оно должно лежать на столе, развалившись или нет.

Лайина улыбается, а до меня не сразу доходит, что именно я сказала.

— Ты сама не позволяешь себе наслаждаться жизнью. А она у тебя прекрасна! Сотни девочек хотели бы на твое место: жизнь в достатке, прекрасное образование, парень и в перспективе доставшийся по наследству бизнес.

— Я не виновата, что взросление обернулось расхлебыванием детства.

Смотрю на эту приятную девушку – она как с другой планеты.

— Лайина, ты знаешь, что однажды я сорвалась и из примерной девочки-отличницы превратилась в заядлую тусовщицу. Теперь уже ничего не вернешь.

— Один неверный выбор не должен перечеркивать всю твою жизнь.

Еще раз убеждаюсь, что общение с Иной заводит меня в тупик. Непробиваемый, из красных кирпичей.

— Ладно, – встаю, выпрямляя спину. – Твоя взяла. Буду наслаждаться жизнью, как советовал Летонус.

— Вот и отлично! А теперь найди Рому и проведи с ним оставшееся время полета, как нормальная влюбленная девушка.

Моя удивленно поднятая бровь не заставляет ждать. Проморгавшись, отправляюсь искать врача и нахожу его в бизнес-классе на второй палубе. Он оказывает помощь коллеге, той самой Анжеле с прошлого рейса. Может, начать немедленно выяснять, что они тут вдвоем делают? Хотя нет, сейчас буду паинькой.