Книга Возвращение домой, страница 106 – Диана Мершери

Двигатели «Боинга», шумя, несут нас домой. Примерно через полчаса начнется снижение, и я очень хочу закрыть глаза и очутиться в своей новой квартире. Усталость сегодняшнего дня дает о себе знать, лишь когда я присаживаюсь на станцию и вытягиваю ноги, скинув каблуки.

Пока думаю о доме, раскрывается шторка, и кто-то нарушает мое уединение, шаркая тапками. Нащупав выключатель, обнаруживаю фигуру Егора в тусклом свете.

— Ты до сих пор помнишь строение самолета? – щурюсь я, пока глаза привыкают к яркости.

— Любимую работу забыть нельзя.

— Сложно в это поверить. Для любимого дела сворачивают горы. Помнишь школу-пансионат?

Егор присаживается на корточки с таким видом, будто готов открыть всего себя. Взгляд сфокусирован на одной точке – на мне.

— Кристи, родители отдали тебя в школу-интернат ради этого, – он обводит взглядом самолет. – Я это знаю. Они предпочли бросить тебя, выбрав что-то более важное.

Зря Егор напоминает об этом.

Он берет мои руки в свои, видимо, пытаясь расположить к себе.

— Ты ничего не знаешь про дело жизни. Все ли ты сделал, чтобы управлять этим гигантом? – усмехаюсь я и поднимаю голову в потолок, вслушиваясь в завывания «Боинга-747-400».

— Наверное, не все, – улыбается парень и целует мою руку.

Куда делись следы былой расхлябанности? В отличие от меня, он выглядит свежо и опрятно, явно воспользовавшись бортовой косметичкой, которая выдается каждому пассажиру бизнес-класса. В черную сумочку кладут средства гигиены, и их отдушка не прошла мимо моих обонятельных рецепторов.

— Зачем пришел? Твой ненавистник внизу, – имею в виду Рому.

— Разве нельзя пообщаться с той, которую любил?

— Почему-то мне кажется, ты не просто так крутишься здесь.

— Что верно то верно, – соглашается мой гость. – Ты хорошо меня знаешь.

Из-за слабого света не всегда удается разглядеть ухмылку Егора или его сморщенный лоб.

— Я давно пытаюсь тебя выловить, если честно. Ты сменила номер, удалила профиль.

Мне действительно пришлось почистить страницу в социальной сети, поэтому теперь никто не может меня найти.

— Потом я искал тебя в твоей старой квартире. О том, что ты там больше не живешь, я узнал от Риты, – парень снова шаркает тапками, переставляя ноги.

Кажется, он оценил одноразовую обувь для бизнес-пассажиров, как и зубную пасту с щеткой.

— Что еще поведала моя подруга?

— Сказала только, что ты сменила квартиру, поэтому мне пришлось ехать к аэропорту. Но я не нашел тебя и там.

— Ты сдался, – подытоживаю я.

Егор смеется, и я понимаю, что угадала. Затем он дотрагивается до своих светлых волос, хитроумно зачесывая их влево.

Я и правда не отвечала на его звонки. С новой работой мне просто не хватает сил на телефон: даже видя пропущенные, не возникает желания перезванивать.

— Я очень удивился, узнав, что ты теперь стюардесса. Как это случилось с той, которая всегда ненавидела «КиЛайн»?

— Давай перейдем к делу. Что именно ты хочешь?

Парень поджимает губы и отводит взгляд. Очевидно, он старается медленно подвести к чему-то, бормоча односложные слова.

— Я знаю, почему вам был закрыт въезд в страну.

Сон как рукой снимает, и я быстро вскакиваю с места.

— Есть люди, работающие на компанию и твоего отца. Я с ними знаком.

Слежу за зрачками напротив, но в свете одного фонаря невозможно понять, врет Егор или нет.