Книга Невозможно забыть, страница 98 – Юлия Кажанова

Слова Сергея заставляют задуматься, но он видит только часть правды, а я узнала другую. Думаю, не нужно рубить сгоряча. К тому же это ведь мой Николай! Он не навредит мне!

— Хорошо, я посмотрю, что взять.

Страхов доводит меня до лестницы, а потом уходит. Из зала слышны шум телевизора и бурчание бывшего. Ничего, выгоню его завтра. Всё же он отдал мне письмо отца.

Поднимаюсь по лестнице, а потом медленно бреду по коридорам, которые теперь как чужие. Стены дома не греют. Точно продам это всё!

Останавливаюсь у двери в свою комнату и замираю. Вроде ничего страшного, просто дверь, и нужно сделать лишь шаг, но я понимаю, что это будет последний раз, когда я тут побываю.

Толкаю дверь, и она, тихонько скрипя, распахивается. Полумрак, но можно рассмотреть очертания кровати, дивана, креслица. Щёлкаю выключателем, и комнату заливает яркий свет. Пару секунд привыкаю, а потом с улыбкой осматриваюсь.

Всё так же, как я и оставила перед поездкой в клуб. Платья, которые я перебирала для вечера, лежат на кровати. Косметика в лёгком беспорядке разбросана по столику.

Я хоть и возвращалась забрать вещи, но многое тогда упустила. Например, любимые книги, журналы про живопись, забавные статуэтки и камни! Да, именно тут находится моя небольшая коллекция, которую я обязательно заберу. Но сперва письмо!

— И куда ты его положил, Сергей?

Сажусь за свой столик и начинаю открывать ящики, перебирая всё, что там нахожу. Странно, шкатулки с украшениями матери я тоже не вижу.

Краем глаза замечаю движение, но даже не успеваю пискнуть, так как Сергей зажимает мне рот и втыкает шприц в шею.

— Спи, Крис, скоро мы поговорим серьёзно! – И тьма за секунды обрушивается на меня. Помню только, что меня берут на руки и куда-то несут.

Сколько проходит времени – не знаю, но просыпаюсь я словно после грандиозной попойки. Голова знатно гудит, и очень хочется пить.

Кажется, я прошу воду, так как губ касается горлышко бутылки, а потом живительная водица начинает течь в рот.

— Спасибо, – говорю устало и открываю глаза.

Вот кого я не ожидала увидеть, так это её!

— Мелисса? – спрашиваю с неверием, так как знакомую рыжую узнаю из тысячи. И пусть она сейчас выглядит бледной и даже побитой, но это точно она! Кстати, судя по грязной блузке и потёртым штанишкам, она тут не первый день.

Но больше всего меня пугает ошейник на её шее. И к нему приделана цепочка!

Рука дёргается к собственной шее, и да, точно такой же ошейник и на мне!

— Что это такое?

— У Сергея окончательно поехала крыша, – устало выдаёт девушка, приседая рядом и отпивая из той же бутылки.

Приподнимаюсь и осматриваюсь. То, что я вижу, мне совсем не нравится. Небольшая комната, метра четыре на четыре, серые стены, бетонный пол, маленькое узенькое окошко под потолком. Мы лежим на двух матрасах, а наши цепи прикованы к стене на приличной высоте. Так просто не дотянуться.

— Мелисса, что происходит? Где мы?

— В импровизированной тюрьме одного больного человека. Если честно, надеялась, Страхов тебя убережёт. Но, видимо, Сергей оказался хитрее.

Страхов?

— Ты знакома с Николаем?

Мелиса устало поджимает губки, а потом вдруг усмехается, смотря на меня.

— Я работаю на него.

Так это правда? Ник действительно подослал её? Но зачем такие сложности?