Книга Невозможно забыть, страница 71 – Юлия Кажанова

Возможно, моя сказка не так и далеко?

С этими мыслями я и засыпаю, а там опять Страхов и его обещания всегда быть рядом.

Кажется, этот мужчина и правда засел не только в моём сердце, но и в голове.

Николай

Кристина заснула, так доверчиво прижимаясь ко мне, что не хочется уходить. Но увы, дела не ждут. И если я хочу в скором будущем быть с ней чаще, решать проблемы нужно сейчас. К тому же я знаю, как всё сделать.

Пока моя женщина не проснулась, тихонько встаю и, заботливо укрыв её покрывалом, удаляюсь. Ничего, через полчаса я вернусь и обниму своё сокровище, а потом просплю с ней до самого утра, как и мечтал.

Быстро надеваю спортивные штаны с футболкой и иду в свой кабинет. Нахожу телефон и отправляю сообщение Глебу, который приходит через десять минут, заспанный и недовольный.

— Босс, если у вас всё хреново, то почему и другие должны страдать? – заявляет с порога, а потом, подойдя к моему столу, садится в кресло напротив и продолжает: – Хотя… ваша женщина так кричала, что не слышал только глухой. Я думал, это от удовольствия. Но вы что, грохнули её?

— Смешно!

— Нет, я серьёзно! Если всё отлично, чего мы сидим здесь ночью, вместо того чтобы ты был с ней?

— Именно из-за Кристины мы будем решать проблемы ночью! И пока ты не сморозил очередную чушь, слушай приказ. Скажи нашему человеку, который рядом с Сергеем, закругляться. Пусть возьмёт все нужные бумаги и уходит. Его работа закончена.

— Серьёзно? Ура!

— Да, за Сергея возьмутся важные люди, и я не хочу им мешать. Для быстрого хода дела только подкину нужные бумажки, и мы сможем расслабиться. – Скоро всё это закончится, и Кристина начнёт планировать нашу свадьбу! Как же я счастлив от одной этой мысли. Я долго к этому шёл и не позволю ничему и никому всё испортить.

— Я думал, ты единственный, кого заботит жизнь девчонки. Но почему ты говоришь так, словно есть кто-то ещё?

— Есть, и не один. Отец Кристины позаботился, чтобы, даже если с ним что-то случится, за дочерью присмотрели и помогли. Эти люди уже приступили к делу. Меня же попросили только беречь Хрусталёву.

— Ну, с этим ты отлично справляешься. Малышка хоть жива? Хочешь поспорим, что она проспит до утра? Не жёстко ли ты с ней? – И ржёт.

Вот врезать бы ему, но это ж Глеб. И эти подколы – просто радость за меня. Да что уж там, все знают, как я сох по малышке, а теперь она рядом. Поиски и слежка закончены, следующие шаги только мои, и, судя по тому, что уже происходит, всё будет отлично. Но вот аппетит и правда нужно поубавить, а то ещё испугается и сбежит. Я ведь веду себя как изголодавшийся. Вот что значит дорваться до желанной цели.

С мужем у неё последнее время ничего не было. Как бы тут не перегнуть и не навредить. Она же такая хрупкая и нежная. А вдруг я переборщил? Может, сводить её к врачу?

Теперь меня начинает накрывать паника, ведь я не хочу показаться в глазах Кристины озабоченным или насильником. Но как устоять, когда она такая манящая и желанная.

Нет, надо сбавить обороты и начать двигаться постепенно. У нас полно времени. Приручу, она привыкнет к моему темпу, а может, и сама возжелает того же. А пока, как малышка и хочет, разговоры, свидания… Ну, может, и немного сладкого.

— Как проснётся, готовь самолёт. Нам давно пора отдохнуть.