Книга Пока не найду, страница 125 – Кристина Янг

— Алиса?

Я услышала уставший голос мамы где-то позади и остановилась посреди холла.

— Через пять часов у нас самолет. Не бери ничего лишнего.

— Хорошо, — сухо и отстранённо ответила я, покидая дом.

А внутренний голос орал совершенно противоположное. Он жаждал, чтобы я к нему прислушалась и сделала все возможное, чтобы противостоять воле родителей. Но что сможет семнадцатилетняя девушка, к которой не желают прислушиваться родные люди? В которую не верят и поэтому хотят отдать ей все готовое. Которую ставят ни во что.

Я не драматизирую. Не сваливаю все в кучу. И если для кого-то мои проблемы с родителями покажутся глупыми и несуразными, покажутся ерундой, то я предложу им пожить моей жизнью хотя бы один день.

Для кого-то боль для души — это смерть близкого человека, любимого питомца, предательство друга. Это все ужасно и не сравнится ни с чем. Но когда тебя отрывают от места, который подарил поддержку для жизни, счастливые мгновения, близких по духу людей, новый взгляд на мир — это тоже боль для души. У меня безжалостно отобрали шанс на восстановление и принятие своей жизни такой, какая она есть.

Вкусив ослепляющее и одурманивающее счастье раз, лишившись его жизнь будет казаться мрачной не нужной материальной вещью, от которой хочется избавиться.

Уильям уже ждал меня в доме. Когда я вошла в гостиную, он так быстро оказался рядом со мной, сжав в своих крепких объятиях, что я не успела отреагировать. Первые несколько секунд стояла как бревно — без движений — и даже не дышала, уткнувшись в его грудь. А когда функции дыхания возобновились после сигнала головного мозга, и я вдохнула в себя излюбленный аромат, в меня с новой силой врезалось осознание о неизбежном отъезде. В голове на скорости прокрутились все прожитые моменты с Уилом, и я не сдержала слез. Каждый момент пропитан светом, свободой, безмятежностью. Сердце сжимается, когда я думаю о том, что через пять часов лишусь этого.

Уил взял меня за голову и посмотрел в мои заплаканные глаза. Я боюсь утонуть в стихии, которую полюбила, но не боюсь утонуть в голубизне его глаз, напоминающие мне об океане.

— Алиса, что случилось? — В его голосе тревога.

Уил вытирал мои щеки от слез большими пальцами, изредка целуя в лоб. Я сейчас задохнусь от наплыва отчаяния в моей душе. Оно сжимает ее в тиски.

— Я уезжаю, — тихо пробормотала я и Уильям замер. Он медленно оторвал свои губы от моего лба и снова взглянул на мое лицо. — Завтра.

У меня не хватило сил, чтобы сказать ему правду. Если я назову сегодняшнюю дату отъезда, то прощание затянется. А я этого не хочу. Пусть Уильям будет немного расслаблен и сосредоточится на завтрашнем дне, чтобы сегодня я смогла уйти без тяжелого ощущения цепей на запястьях, за которые он будет меня тянуть в последние минуты совместного времяпрепровождения.

— Почему завтра? Прошло меньше месяца со дня вашего приезда.

В глазах Уила непонимание и небольшая доля страха. Страха перед чем? Что мы потеряем друг друга в этом большом мире? У нас был план — пока Уильям учится в академии в Нью-Йорке, я живу в Майами и жду его. Мы вместе дождемся моего совершеннолетия, и тогда я продолжу ждать его в другом месте, который будет ведом лишь ему одному. Теперь наши планы рухнули, и мы не можем собрать из этих кусочков что-то новое. Остались неразбериха и страх перед неизведанным.