Книга Любовь под прицелом, страница 87 – Кристина Янг

— Тебя сегодня бросает из одного состояния в другое, — озвучил свои наблюдения Андрей, присаживаясь передо мной на корточки.

Он взял мои руки в свои и поцеловал их. Я неосознанно сжала их в кулаки, когда напряглась всем телом.

— Я уже ничего не хочу, Андрей. Не хочу учиться. Не хочу вообще жить вдали от тебя. Хочу каждую секунду быть с тобой.

Андрей сжал челюсти и вздохнул. Он аккуратно заправил выбившую прядь из моего хвоста за ухо и нежно провел пальцами по моей щеке, при этом сопровождая свои действия теплым взглядом.

— Помнишь наш разговор? Я спросил тебя: «А если он будет военный?» Ты сказала, что готова ждать с мыслями, что он твой, что он скучает по тебе. — Андрей встал на ноги и потянул меня за собой. — Я твой, и я буду скучать по тебе.

Он приложил мои ладони к своему сердцу. Я зажмурилась и поняла, что не в силах сдержать свои слезы.

Андрей склонил голову, а я потянулась на носочках, чтобы наши губы соприкоснулись в нежном, но при этом глубоком поцелуе. Он сейчас как глоток свежего воздуха.

Нельзя так крепко привязываться к кому-либо. Этот узел настолько прочный вокруг нас, что даже душит и нарастает паника. Я просто боюсь оставаться без Андрея. Без него моя жизнь превратится в неопределённость. И когда есть семейство Князевых, жаждущие приковать меня в кандалы, я не знаю, чего ждать от завтрашнего дня. Если бы их не было, если бы не эта дурацкая идея со свадьбой, то я бы могла спокойно ждать своего любимого.

Мы еще немного позанимались испанским, и Андрей был вынужден проводить меня до дома. У меня уже лучше получается произносить звуки. Скоро мы уже перейдем к базовой грамматике и структуре предложений. Мне не терпится перевести его фразу, которую он озвучил глядя на меня с такой глубокой нежностью, что у меня прогнулись колени. Я бы могла найти ее в интернете, но не смогу напечатать в переводчике. Фраза осталась у меня на слуху, отчего я смогу перевести ее только тогда, когда эти слова станут для меня понятными.

Я вошла в дом с тяжелым сердцем. В какой момент человек начинает не хотеть возвращаться в свой родной дом? Наверное, когда его перестают понимать в нем и перестают учитывать его желания. Одним словом, когда дом становится каторгой.

Я вошла в гостиную и замерла.

— А вот и она, — громко объявила Розалия, когда увидела меня.

На диване сидели супруги Князевы, на кресле их омерзительный для меня сын, на другом диване моя семья, а на столике стояла ваза с роскошным букетом лилий. Ненавижу эти цветы и их резкий запах для меня непереносим.

Анфиса незаметно указала на мобильник, и теперь я поняла, для чего она писала и звонила мне. Я игнорировала ее звонки и сообщения только потому, что мне хотелось оттянуть спокойное времяпрепровождение с Андреем. Ведь наперед знала, что Анфиса не станет звонить мне три раза подряд без какой-либо причины. Она хотела предупредить меня о незваных гостях.

— Не смог отговорить ее. Захотела провести время с подругой, — оправдывал отец мое отсутствие дома перед этими людьми.

— Ничего страшного. Все правильно. Скоро подруги отойдут на второй план, — победоносно улыбнулась еще одна стерва по имени Марина.

Глядя на меня из-под своих черных нарощенных ресниц, она отпила чай. Я судорожно выдохнула и подняла прослезившиеся глаза на потолок. Душа раскалывается на части от несправедливости. Для кого-то я стала обычной вещью, которую можно передавать из рук в руки и распоряжаться так, как заблагорассудится.