Книга Любовь под прицелом, страница 192 – Кристина Янг

Андрей дернулся в последний раз и рухнул на меня. Я провела ладонями по его влажной спине, часто дыша.

— Я готов прямо сейчас сделать тебе предложение, — пробормотал Андрей в мое плечо.

— Потому что секс со мной самый лучший? — усмехнулась я.

— Потому что я не успел.

— Не проблема. Мне давно не восемнадцать. А иметь от тебя ребенка — это даже счастье.

Андрей приподнялся на локтях, внимательно очерчивая одержимым взглядом мое лицо.

— Точно. Прошло уже столько лет.

Я провела подушечками пальцев по его лбу, виску, щеке. Рассмотрела жетон на его груди, висящий на серебряной массивной цепочке.

— Ты постарел.

Андрей хрипло рассмеялся, пряча лицо в мою шею.

— Но как показывает практика, я все еще привлекаю тебя в сексуальном плане.

— Мне кажется, ты и в пятьдесят будешь отличным партнером по сексу.

— Только по сексу? — приподнял бровь Андрей. — А в общей семейной жизни?

Я чуть поникла и вздохнула, вырисовывая пальцем незамысловатые узоры на груди Андрей.

— А для общей семейной жизни с тобой мне для начала необходимо развестись.

Андрей после услышанного заметно помрачнел. Несмотря на то, что я сняла кольцо, я все равно остаюсь женой Егора. И пока понятия не имею, что с этим делать, как избавиться от этого статуса. Ведь Егор просто так меня не отпустит. И уж тем более не отдаст тому, у кого буквально вырвал из рук.

Андрей встал с меня и лег на подушку, чуть приподняв ее и прижав к изголовью. Я медленно приняла сидячее положение и легла рядом с Андреем, положив подбородок на его тяжело вздымающуюся грудь.

— Андрей…

— Зачем ты вообще вышла за него замуж? — огрызнулся Андрей. — Я вне себя от злости, Василис.

Я вздохнула, понимая, что серьезный разговор между нами еще не закончился.

Андрей

Мы с Василисой решили прогуляться по пляжу «Молодежный», и тем самым поговорить в спокойной обстановке и без посторонних глаз. Этот пляж мы выбрали не случайно. Здесь между нами вспыхнула первая и самая сильная искра. До сих пор детально помню, как я жадно смотрел на Василису, и как она смущалась и пыталась игнорировать мой взгляд. Здесь я досконально рассмотрел ее глаза, когда мы сидели близко и наши взгляды столкнулись. Сплошной зеленый цвет радужки, как весенняя трава, обрамленная вокруг темно-зеленым. И я рассмотрел искры, которые говорили о ее радости жизни. Но сегодня, к сожалению, не наблюдаю этих искр. Они потухли. И в этом есть моя вина, потому что я больше не вернулся к ней.

— Ты когда-нибудь что-то скрывала от меня?

Я задал нужный вопрос, попал в точку, можно сказать. Василиса остановилась и вздохнула. Я встал перед ней, но она отвернула от меня лицо, только бы я не прочитал предательски вышедшие эмоции — беспомощность и волнение.

— Честно, василек, — нежно надавил я. — Давай сегодня будем говорить только правду. Я уверен, ты многое скрывала от меня, и эти тайны давали трещину. Мы сами позволили третьим лицам разрушить наши отношения.

Теплые лучи солнца, вышедшие из-за облака, коснулись ее лица, и Василиса чуть прищурилась. Она выглядит задумчивой. Будто Василиса не знала, с чего начать свою историю. А я не торопил ее, стараясь быть сдержанным. Вместо молчаливого ожидания, я решил начать свою исповедь первым:

— А я признаюсь, что многое скрывал от тебя. — Василиса перевела на меня свой взгляд. — Мне тридцать лет и за семь лет я повидал много страшного, что рушит психику. Осознал, насколько же все плохо на нашей планете, если за семь лет я пережил уже две военные операции — сначала в Сирии, а потом на Украине. Скрывал от тебя то, как не мог спать ночами. Скрывал о том, что лежал в полевом госпитале в Сирии после взрыва. Хотя ты своим зорким глазом нашла шрамы, а я тебя обманул. Скрыл момент из жизни, как мой сослуживец умер на моих руках. А про ранение ты узнала сама.