Книга Посмотрим, кто кого…, страница 97 – Мари Стефани

Меня освободили от сковывающих пут и вернули искусство говорить.

— Вася! — на этот раз я крепко обняла сестру.

К моему облегчению с ней все было в порядке, и даже комната, в которой ее, а теперь нас держали, была чистая и светлая, правда, с решетками на окнах. Оно и понятно, чтобы не сбежали.

— Они и тебя похитили? Люциан, что отказался платить выкуп? — спросила Василина.

Приглядевшись к сестре, отметила бледность и темные тени под глазами, и как будто немного похудела за эти три дня. Но главное живая, а все остальное поправим.

— Нет, просто родственнички запросили сумму, какой нет в наличии. Ему нужно пару дней, чтобы вывести активы.

— Но как ты оказалась в руках дяди?

— По собственной глупости и самонадеянности, — потупившись, ответила я.

— Снова приключения искала на свою попэ? — хмыкнула Вася. — Когда ты уже поумнеешь?

— Не могла же я тебя бросить! Я переживала.

— Спасибо, — снова обняла меня Вася. — Расскажи, что там у вас происходит, а то я тут сижу третий день и мучаюсь в неведении? И что с Антоном?

Я поведала краткую версию событий после ее исчезновения.

— Ты лучше скажи, как тебя угораздило, попасться в руки к дядьке? Ты же к Антону собиралась.

— Собиралась и даже доехала до него, но когда выходила из машины, меня кто-то схватил, а потом затолкал на заднее сиденье. А второй человек сел за руль, отобрав у меня ключи. Это потом я узнала, напавших. Родственники привезли меня сюда и держат в этой комнате, не позволяя даже во двор выйти. Но ничего плохого сказать не могу, не обижают, три раза в день кормят, просто без шика, зато сытно.

— Ой! — спохватилась я.

— Что такое?

— Нам нужно выбираться отсюда. Дядька с братьями плохое задумали!

— Что?

— Они не собираются оставлять нас в живых.

— Что за глупости ты говоришь? Получат деньги и отпустят.

— Ага, может и собирались так поступить, пока я не ляпнула, что так все не оставлю и пойду в полицию.

— А они что?

— Мешок на голову, камень к ногам, и свидетелей нет. Лучший свидетель — это мертвый свидетель.

— Да нет! Он пошутил, не мог сказать это серьезно! — истерично усмехнулась сестра. — Ведь правда пошутил?

— Не знаю. Но судя по той сумме, которую они потребовали, могу сказать, что настроены они решительно. Что такое жизнь двух девиц по сравнению с пятьюдесятью миллионами?

— Сколько? — поперхнулась воздухом сестрица.

— Тебе не послышалось, пятьдесят, и это только за тебя одну!

— А они не охренели?

— Я им почти то же самое сказала.

Сестра помолчала немного, а затем произнесла:

— За такие деньги… — и не закончила. — Поль, я не хочу ко дну!

— Как будто меня такая перспектива радует, — хмыкнула я.

— Что делать будем?

— Надо бежать!

— Но как? Мы заперты, на окнах решетки. Я пробовала, они прочно приварены.

— Не переживай, сейчас я передохну и что-нибудь придумаю, — поднимаясь на ноги и ковыляя к окну, произнесла я.

— А что у тебя с ногой?

— Да так, неудачно прыгнула.

— Куда?

— В окно. Из дома Люцика сбегала.

— Мне уже страшно, что ты придумаешь, чтобы нас спасти…

Люциан

Мы сразу пристроились за отечественным автопромом и вели его всю дорогу. Похитители не заморачивались по поводу преследования, скорее всего, полагали, что Паулина пришла одна на встречу. И это было нам на руку.

— Как только спасём девчонок, я собственноручно придушу старшую, — держась на расстоянии от похитителей, произнес я. — Нет, отлуплю ремнем, чтобы неделю сидеть не могла на своей авантюристке! Или нет, думаю, будет эффективным зацеловать ее, чтобы вся дурь из головы выветрилась. И из постели не выпускать, чтобы правильные мысли там формировались!