Книга Танец со Смертью, страница 99 – Антонио Морале

— Ну и славно, — улыбнулась Катя. – Куда мы можем сесть?

— Выбирай любой столик, сегодня людей немного. Я пришлю к вам Стёпу через пару минут, он примет заказ.

— Спасибо, Михал Сергеич… — поблагодарила Катя седовласого мужчину, ещё раз окинувшего меня внимательным придирчивым взглядом, и уверенно потянула меня за собой в противоположный конец зала. — Это Михаил Сергеевич Прохоров, — пояснила она по пути. — Владелец ресторана. Хороший дядька, только слегка манерный — считает себя потомком царской семьи и одним из Романовых, — хмыкнула балерина.

— Судя по фамилии, ему до родства с Романовыми так же далеко, как мне с кланом Кеннеди, — заметил я.

— Это точно…

Катя усмехнулась, уселась за столик недалеко от двери, судя по доносящимся звукам и запахам, ведущей на кухню ресторана, и машинально поправила стоящие на столешнице солонку и перечницу.

— О! Катюха! — донеслось со стороны четвёрки крепких парней, занявших большой столик у окна всего в паре столов от нас.

— Привет, мальчики! — Катя улыбнулась и приветливо помахала ручкой своим знакомым.

— Как жизнь?

— Тяжела и несправедлива, — вздохнула девушка на русском. — А у вас как?

Я мельком глянул на парней, уселся спиной ко входу на широкий диванчик напротив Кати и с невинным видом принялся рассматривать висевшие на стенах картины, плакаты и красочные афиши…

— Всё по-старому, — хмыкнул один из незнакомцев, наверняка сверля мой затылок взглядом. — Ты с новым бойфрендом?

— Это мой братишка, — не моргнув глазом, соврала Катя.

— Ни хрена себе у вас в семье разброс! — восхитился кто-то из парней у меня за спиной. — Он же в два раза здоровее тебя! Он у тебя что, чернобыльский?

— Двоюродный, — обижено нахмурилась балерина.

— Эй, двоюродный! — окликнули меня. — Тебя чем так откормили?

— Не приставайте к нему! — строго произнесла Катя. — Он всё равно по-русски не понимает — он вырос здесь, в Америке…

— А-а… Понятно… — недовольно протянули за моей спиной.

— Добрый вечер! Что будете заказывать? — выйдя из распашных дверей и остановившись у нашего столика, произнёс молоденький официант с перекинутым через руку полотенцем.

— Привет, Стёп! — оживилась Катя. — Давай нам две тарелки борща, две порции сибирских пельменей, картошку с грибами… — она на секунду задумчиво наморщила лобик и продолжила: — Огурчиков солёных и помидорчиков, компотику и… что у вас там на десерт есть?

— Заварные пирожные, орешки со сгущёнкой и торт «Киевский»…

— Давай пирожные.

— Сделаем, — кивнул официант, развернулся и через мгновение исчез в дверях кухни.

— Слушай, Алекс… — Катя откинулась на спинку диванчика и загадочно посмотрела на меня. — А я тут подумала. Помнишь, ты спрашивал, что бы я делала, если бы мне дали второй шанс?

— Помню, конечно. Почему спрашиваешь?

— Ну интересно ведь на самом деле. Я твой вопрос из головы уже несколько дней выбросить не могу, и так его кручу, и эдак…

— Бывает…

— Только я не совсем поняла, а какие условия?

— Условия? — переспросил я.

— Ну что значит «второй шанс»? Шанс заново прожить свою жизнь? Заново учиться в том же училище, в том же городе? Опять восемь лет сидеть за той же партой, с теми же одноклассниками… — Катя скривилась. — Не-е-е. Так бы я точно не хотела. Это не очень интересно.

— А как бы хотела?