Книга Смертельная глубина, страница 63 – Уилл Дин

— Меню в медшлюзе, ребята.

Мы собираемся вокруг стального стола, нам любопытно, что команде удалось собрать для нас. Импровизированное меню важно не только для удовлетворения голода, но и для поддержания боевого духа.

Выглядит оно смехотворно.

Шоколадные батончики, сладкая выпечка фабричного производства в пластике, острые колбаски «Пеперами» – тоже в индивидуальной упаковке. Мы ставим галочки в клеточках и убираем лист с меню обратно в медшлюз.

— Весь этот корабль был создан для того, чтобы гарантировать нашу безопасность, – размышляет вслух Андре. – Это судно, обеспечивающее водолазные работы. Экипаж из почти сотни человек нужен, чтобы помочь нам добраться до дна и потрудиться в море. Не в этот раз.

— Никогда в жизни я так сильно не хотел витаминов, как сейчас, – говорит Майк, сжимая в руке баночку с таблетками. – После двадцати восьми дней я обычно чувствую себя ужасно, но на этот раз все хуже. Мне нужна инъекция солнца из Майами.

Он выбрасывает наполовину пустую баночку в чистый мусорный пакет.

— Я, возможно, попрошу новую запечатанную упаковку, – говорит Андре.

— К черту витамины, – подает неожиданно кислый голос Джамбо. У него снова дергается веко, и он выглядит злым. Я его таким раньше не видела. – Всего полтора дня. Я не буду класть в рот то, что не обязательно.

— Ты про пепси и сыр? – с улыбкой спрашивает Майк.

— Это жизненная необходимость, – невозмутимо отвечает Джамбо.

Майк читает какую-то историю о сериале HBO «Клан Сопрано». Я его пока не смотрела. Джамбо листает книгу Андре «Богатый папа, бедный папа». Андре – биографию Тайгера Вудса, которая принадлежит Джамбо.

— Народ, вертушка прилетела и улетела. У детектива сейчас собрание, а потом он спустится к вам. Спрячьте непристойные журнальчики, а? Образцы забрали с судна. Я буду держать вас в курсе. Отбой.

Мы смотрим друг на друга.

— Ставлю сто фунтов на то, что детективу поплохеет меньше чем за восемь часов, – говорит Майк.

— А я за другой вариант, – подхватывает Андре. – Коп – спец по нефти и энергетике, разве суперинтендант не говорил об этом? Из группы взаимодействия. Небось раз в пару месяцев бывает в море.

Майк протягивает правую руку, на большом пальце которой не хватает костяшки, и Андре пожимает ее.

— Это у тебя после службы или уже здесь потерял? – спрашивает Андре.

Майк скребет подбородок.

— Зацепился за скобу у берегов Бразилии.

Джамбо показывает нам левую руку, на которой не хватает двух пальцев.

— Иран. Пришлось спецбортом лететь в Израиль на операцию.

Майк говорит:

— Члены элитного клуба идиотов.

Андре спрашивает:

— Что случилось в морской пехоте, Майк? Нам можно рассказать.

— О, вам можно рассказать?

— Не стесняйся.

Майк поднимает взгляд из-под козырька кепки.

— Если я расскажу вам байку про погружение, ты отстанешь?

— Зависит от байки, – говорит Андре. – Может, мы ее уже слышали. Или это будет та, которую я сам придумал.

— Мексиканский залив, 1989 год. – Майк делает глубокий вдох. – Я работал на компанию из Миссисипи. На судне был один парень, Мерфи. Имя ирландское, но, по-моему, он был наполовину латиноамериканцем. Лицо ирландское, но волосы темные. Настоящий дамский угодник. Так вот, он был неплохим водолазом, умел постоять за себя, научил меня кое-чему, потому что я тогда был совсем зеленым. Мы пробыли в море двадцать шесть дней, а потом он сказал мне, что в баре у шоссе I-55 нас ждут две женщины. Вроде как его троюродные сестры, которые хотели пару дней потусоваться и повеселиться. Так вот, я забыл вам сказать, что у Мерфи тогда были жена и трое детишек. И брак был третий. И дети от трех разных матерей. Черт ногу сломит в этой арифметике. Классический глубоководник-алиментщик, короче. Каждый раз, возвращаясь после долгой смены, он устраивал себе выходные, чтобы привыкнуть к суше. Называл это «методом двойной декомпрессии». Не знаю, была ли в курсе его жена, но он так поступал каждый раз.