Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 95 – Лорен Э. Рико

Я распахиваю дверь, чтобы она могла пройти мимо меня в гостиную моего люкса.

— Именно это я и хотела попросить тебя сделать, но ты все никак не затыкалась.

Войдя, она ставит пакет с печеньем и молоко на стол и поворачивается ко мне.

— Послушай, прости, я правда понятия не имела, что ты решила, будто Альберто умер. Но справедливости ради надо заметить, что ты не спрашивала меня об этом – ты просто приняла это за данность.

Я всплескиваю руками.

— А что еще я должна была подумать? Ты упоминаешь его редко и всегда в прошедшем времени, насколько я помню.

Она пристально смотрит мне в глаза.

— Тут много чего нужно разъяснить. Больше, чем я могу рассказать тебе сейчас. Но я обещаю, что позже я расскажу об этом больше. Потому что сейчас нам нужно отправиться в путь.

— Что? Куда?

— В Понсе. Мне удалось связаться с Беатрис, и она готова встретиться с нами сегодня во второй половине дня, и нам нужно поторопиться, чтобы доехать туда вовремя. Ты поедешь?

Поеду ли я? Ну, раз уж я проделала такой путь…

— Это зависит от обстоятельств. А у тебя есть еще какие-то не умершие родственники, о которых мне надо узнать?

Она качает головой:

— Нет. Альберто один такой.

— Ха, ладно, – раздраженно фыркаю я. Затем беру свои сумочку, солнцезащитные очки и иду к двери.

Исабель собирается поставить молоко в холодильник, когда я останавливаю ее.

— Эй, это поедет с нами, – командую я. – И печенье тоже.

Она вскидывает руки в знак согласия. В ее улыбке смешиваются удивление и облегчение.

— Ты поняла меня, босс. Послушай, ты не будешь против, если мы по дороге сделаем остановку? Обещаю тебе, что задержимся ненадолго.

— Как скажешь, – отвечаю я, говоря с нарочитым безразличием и, закатив глаза, беру со стола пакет печенья.

* * *

— Ты уверена, что с тобой все будет в порядке, если ты ненадолго останешься здесь? – спрашивает она меня, уже высунув одну ногу из машины. – Обещаю – сразу после этого мы пообедаем.

— Исабель, со мной все будет путем, – заверяю я. – Погода стоит прекрасная, и я, наверное, прогуляюсь, если ты считаешь, что это безопасно.

Она кивает и выходит из машины, затем открывает заднюю дверь, наклоняется и берет с пола за водительским сиденьем небольшую картонную коробку, полную памятных вещиц с quinceañera Оливии. Они предназначены ее бабушке, которая живет здесь в доме престарелых.

Когда Исабель скрывается за дверью, я неторопливо обхожу здание. На деревьях растут крупные плоды. Манго! Легко срываю один плод и подношу к носу, чтобы понюхать. Конечно же манго! Его кожица все еще теплая от солнца, когда я кладу его в свою сумку.

Захожу за угол и останавливаюсь как вкопанная. Передо мной самый красивый сад, который я когда-либо видела, – полный цветов гибискуса, райских птиц и множества великолепных растений, названий которых я не знаю. Он весь пламенеет оттенками красного, оранжевого, розового и желтого на фоне глянцевых зеленых и пестрых листьев. Это так же прекрасно, как вид солнца, опускающегося в океан, и у меня от всего этого захватывает дух. Но самая поразительная вещь, что этот сад нарисован!

Я смотрю, охваченная благоговением, на мурал, мастерски написанный на высокой бетонной стене, окружающей дом престарелых.

— Привет тебе, красота! – бормочу я, приложив ладонь к стене, нагретой послеполуденным солнцем.