Книга История попаданки. Из графини в служанку, страница 28 – Лана Легкая, Ольга Кабацкая

— Ой! – взвизгнула, стоило кому-то всучить мне в руки ведро с тряпкой и швабру.

— Чего стоишь, глазами лупаешь? – прикрикнула на меня… гномиха. Вот как с картинки! Квадратная, фигуристая, в латах! – За работу, новенькая! Я – Тайра. Здесь я тебе и за отца, и за мачеху.

— За мать? – с надеждой переспросила я.

— Нет. Я своих подопечных не люблю, – покачала она головой. – Как отец, что ждал сына, а жена ему в подоле приносила лишь девок. Как мачеха, которой своих бы поднять, а тут…

— Я поняла, – кивнула я, на всякий случай отступая назад.

— Понятливая – это хорошо.

Ну… главное, я осталась в академии.

Да, нужно почаще себе напоминать об этом. Аутотренинги – моё всё.

— Господи, ну и денёк, – ввалившись в свою комнату, я прикрыла дверь и прислонившись спиной к стене, сползла, выронив из рук всё, что мне выделила гномиха.

— Плюп-плюп? – среагировав на лязганье ведра, из-под одеяла выглянул Фублик.

— Плюп, – кивнула я ему, поднимаясь на ноги, и подошла к шкафу. – Вижу, что ты ничего здесь не скушал. А раз ты сдержал слово, то и я выполню своё обещание.

— Плюп-плюп-плюп, – практически пропел Фублия, следя за моими действиями.

Я достала платье и несколько минут мучилась с подолом, пытаясь оторвать кусок ткани. Когда наконец получилось, облегчённо выдохнула не только я. Да, мой плюпкающий фамильяр тоже шумно фыркнул.

— Сейчас, подожди ещё секунду, – попросила я, осторожно забирая с кровати покрывало и пытаясь завесить окно.

Как я не старалась, оно падало на пол, не желая крепиться. Пришлось открыть окно и зажать покрывало, перекинув его через раму. Закрылось с трудом, но желаемого результата я достигла. Комната погрузилась в полумрак.

— Вылезайте, мистер Фублия. Ужин подан, – дыша как победитель марафона, позвала я мохнатого, положив кусок свадебного платья на кровать.

Дважды просить не пришлось.

— Плюп? – деловито чавкая поинтересовался у меня фамильяр.

— Как мои дела? – наугад перевела я его фразу. – Отлично. Экзамен я с треском провалила, но меня оставили в академии горничной. Поломойкой.

— Плюп, – судя по интонации, Фублик выругался.

— Плюпец полнейший, – согласилась я с ним. – Хотя, знаешь, не всё так плохо.

Главное же, что я осталась в академии. Не нужно бояться нарваться на родственничков, не нужно думать о крыше над головой и еде…

При мыслях о последней, в животе заурчало.

— Плюп? – удивился моей желудочной трели Фублик.

— Меня не пустили в столовую, – пожаловалась я, начиная ему рассказывать, как прошёл день.

Всё как рекомендуют психологи. Выговорилась.

И про экзамен, и про Валриона. И про злобного блохосборника.

Про Тайру, разумеется. Гномиха не обманула, когда заявила, что не любит своих подопечных. Она вообще никого не любит. Пока она показывала мне коридоры и двери комнат, что с сегодняшнего дня закреплены за мной, женщина, не стесняясь, сдабривала крепкими эпитетами характеристики владельцев покоев.

И всё же мне показалось, что она меня чуть-чуть жалеет. Ведь мне досталось крыло, в котором обитают преподаватели академии. И если меня сначала удивил такой выбор, то потом я мысленно целовала гномиху во все доступные места.

Здесь обитали очень злые студенты. Очень.

Как только Тайра проводила меня в подсобку и выдала два комплекта формы, я переоделась и приступила к работе. Что я полы никогда не мыла, что ли? Начальница минут десять следила за мной, явно боясь, что я не найду, где у швабры низ и как крепить тряпку. Затем, убедившись, что я не так безнадёжна, она огласила время обеда с ужином, и, дав наставление помыть коридоры и окна, оставила одну. Не забыв напомнить расположение столовой. Святая женщина. Хоть и мачеха.