Книга Только он!, страница 97 – Ольга Кабацкая

— А ты горячий, – протянула я.

— Сочту за комплимент, – усмехнулся он, щекоча кожу дыханием.

— Нет, я серьёзно, – кое-как вытащив руки, я оттолкнула Стужева, пытаясь нормально пощупать ему лоб. – Ты температуру не хочешь померить?

В ответ он рассмеялся, приоткрывая один глаз.

— Я хорошо себя чувствую, – хмыкнул он, перекатываясь на спину и потягиваясь. – А чисто теоретически, если я вдруг заболею, ты разрешишь мне остаться? Не станешь выгонять больного человека в пустую квартиру? До которой, к слову, ему придётся идти босиком по причине недержания мочи у одного рыжего гадёныша.

— Сам ты гадёныш, – усмехнулась я, начиная подниматься и украдкой глядя на часы. – Уже почти одиннадцать и…

Договорить не смогла, так как Лёша в одно движение повалил меня обратно и перекатил на себя.

— Что ты делаешь? – попыталась я возмутиться, чувствуя ладонями, как быстро бьётся в груди его сердце.

Так же быстро, как и моё собственное.

— Продолжаю самообманываться, – прошептал Лёша и жадно впился в мои губы.

Это было настолько неожиданно, что на несколько секунд я потерялась. Растерялась, путаясь в собственных ощущениях. И зачем-то с готовностью ответила на поцелуй, окончательно теряя связь с реальностью. Чувствовала, как его щетина покалывает кожу. Совсем так, как я помнила. Как мне часто снилось.

Жадно глотала знакомый запах, наслаждалась теплом рук… которые начали задирать мне футболку, хаотично скользя по спине.

— Люблю тебя, – шептал Лёша, сминая мои губы.

В голове стоял лишь звон. Не единой связной мысли. Но…

Окончательно я пришла в себя почувствовав недвусмысленно упирающийся мне в живот стояк. Точнее, отрезвила моя реакция на него. Мысль о том, что я не хочу останавливаться. Будто не было этих двух лет и обид. Словно Стужев заразил меня своим самообманом и у нас действительно всё хорошо.

Вот только на самом деле всё было не так.

— Я всё же принесу градусник, – с трудом оторвавшись от его губ и игнорируя тяжесть внизу живота, я поспешила слезть с кровати и скрыться в прихожей, по пути не переставая тараторить: – У тебя определённо температура. И бред. Да, точно.

Правда, вместо кухни, в которой на столе стояла аптечка, я свернула в ванную и щёлкнула замком. Включила воду, пытаясь дрожащими руками ополоснуть лицо и немного прийти в себя.

— Это что было? – прошептала я, своему отражению.

Из зеркала на меня сейчас смотрела моя перепуганная копия, с припухшими от жадных поцелуев губами и растрёпанными волосами.

Расчесавшись и приведя дыхание в порядок, я вышла из своего укрытия. И тут же чуть не врезалась в поджидающего меня здесь Стужева.

— Да что же это такое, – раздражённо выдохнула я, когда он прижал меня к стене, не позволяя вырваться. – Отпусти, а?

— Не могу, – судя по интонациям, он сейчас говорил не столько про нашу позу, а про ситуацию в целом. – Саш, я не могу уйти.

— Потому что тебе ботинки обоссали? – попыталась я отшутиться.

Его близость действовала на меня слишком сильно. Губы до сих пор горели, как и низ живота продолжало тянуть.

И мысли о простой физиологии и естественных потребностях организма не помогали. Но я давно уже выяснила, что аутотренинги не моё.

— Потому что моё место рядом с тобой и сыном, – серьёзно ответил Стужев, почти касаясь своими губами моих. – Дай нам шанс.