Книга Только он!, страница 87 – Ольга Кабацкая

Значит, не всё потеряно. Осталось лишь доказать ей, что больше я не подведу. Всегда буду выбирать её и верить только ей, кто бы и что не пытался мне доказать.

— Замечательно, что мы друг друга поняли, – немного растерянно отозвалась Саша, явно ожидая от меня другой реакции.

— Позволишь дать тебе совет? – усмехнулся я, подмигивая наблюдающему за мной из коляски сыну. – Ты Семёна Серёженькой не называй при встрече. Знаешь, мы, мужчины, очень обидчивые и на такие вещи остро реагируем. Не нравится нам, когда чужим именем…

Кратко выругавшись, Саша бросила трубку.

— Вот так, Никит, – поднявшись со скамейки, я неспешно покатил коляску по аллее, направившись в сторону детской площадки. Нужно было немного походить с ним и покачать на качелях. Ему это очень нравилось.

Как и мне нравилось то, что Саша даже имя фельдшера до сих пор не запомнила.

— Гадство! – выкрикнула я, бросив трубку.

Как?! Как я могла перепутать имя? Я же знаю, как его зовут! Семён Сергеевич Михайловский! Не удивительно, что у меня в голове постоянно всплывали три варианта того, как зовут доктора.

— Гадство! – повторила я, снова набирая номер Стужева.

Бросать трубки – не выход. Так поступают лишь слабые люди. Или психически не устойчивые. Не дам ему такого удовольствия, считать меня пойманной с поличным.

Хотя и сама уже начинала понимать, что затеяла какую-то глупость. Но ему об этом знать не обязательно.

— Прости, телефон сел, – уверенно произнесла я, когда Стужев принял вызов. Даже смешок его проигнорировала. – На чём мы остановились?

— На том, что ты встретила мужчину своей мечты, но никак не можешь запомнить его имя, – с удовольствием напомнил он, судя по окружающим его звукам и лёгкому поскрипыванию, качая Никитку на качели.

— У меня лёгкая форма гипомнезии, – заявила я. – Не запоминаю имена, фамилии и даты. Тебя, к слову, всегда называла Олегом.

— Да ты что? – деланно удивился Стужев. – Ни разу не слышал.

— Так я на ладони шпаргалку делала, – пояснила, задумчиво добавляя: – Ты бы тоже проверился, на всякий случай. У тебя избирательный слух. Я вот раза три тебе признавалась в том, кто мой папа, а ты так и не услышал. Да ты вообще меня мало слушал. А вот Семён…

— Сергей, – поправил меня Стужев.

— Да, точно, – мысленно выругавшись, я бодро продолжила: – Говорю же. Гипомнезия.

— И кажется, прогрессирующая, – рассмеялся Лёша, а у меня сердце на секунду замерло от звука его мягкого смеха. – Твой докторишка всё же Семён.

— Издеваешься? – уточнила я, снова мысленно выругавшись.

Кажется, пора действительно писать на руке имя Семёна. Или инициалы, чтоб не запутаться при встрече.

— И в мыслях не было, – Стужев продолжал посмеиваться. – Через час придём к тебе с Никиткой.

— Мне стоит напоминать тебе, что ты…

— Просто курьер? – его позитивный настрой начинал раздражать. – Помню. Так и быть, с вещами перееду к тебе завтра. Как раз дам тебе возможность понять, что Сеня-Серёжа тебе не нужен.

— Ясно. Тебя на свадьбу мы звать не будем, – выдохнула я, бросив взгляд на часы. – Жду Никитку.

Сбросив вызов и отложив телефон, я взяла кружку и пошла сделать себе кофе.

На самом деле ужин с доктором я перенесла. Сначала хотела вообще отменить, но…

Какого черта я избегаю свиданий? Эта мысль не давала покоя. Да, раньше меня останавливал Никитка. Когда он только родился ни о каких романах не могло быть и речи. А сейчас? Что мешает мне сейчас?