Книга Только он!, страница 40 – Ольга Кабацкая

— Никитка проснулся, – зажмурившись, я забрала из его рук свой телефон и дёрнула за ручку, открывая дверь, только сейчас понимая, что по щекам катятся слёзы. – Потом поговорим. Мне… нужно к сыну. А тебе… наверное, переварить всё это.

Лёша не стал меня останавливать, когда я выходила из машины. Да и выглядел он так, словно ему по голове веслом дали.

Наверное, в какой-то степени так оно и было.

— Доброе утро, – я так нервничала, что когда отец вышел на кухню, даже на ноги вскочила со стула, чуть не опрокинув кашку, которой кормила Никитку.

— Доброе, – папа явно удивился, увидев нас. – Вы сегодня ранние пташки! Весь в нашу породу, – довольно промурчал папа, подходя к внуку. – Правильно, Ник. Кто рано встаёт, тот всё успевает… Что? – настороженно поинтересовался, заметив мой пристальный взгляд.

Я же чувствовала себя школьницей, которую впервые вызвали к директору за провинность. Даже ладони вспотели, вот только… отец был подозрительно спокоен.

— Дочь, ты меня пугаешь, – усмехнулся папа, забрав из моих рук тарелку с кашей и поставил её на стол. – Да и выглядишь неважно. Не заболела?

— Почти не спала ночью, – призналась я, осторожно уточняя: – А ты ничего не хочешь мне сказать?

Я ожидала… бурю. Крики, угрозы, проклятия в сторону Стужевых. Но ничего этого не было. В папином взгляде я отчётливо читала непонимание.

— Секунду, – отца отвлёк телефонный звонок. – Да… Что?! Нет, я не… – окинув нас с Никитой взглядом, папа прикрыл динамик рукой. – Потом поговорим, – стремительно зашагав на выход, он продолжил на кого-то орать: – Что значит, распоряжение Станислава Григорьевича?! Да я вас…

— Дя! – заявил Никита, заливисто засмеявшись.

— Да, это деда, – подтвердила я, обессиленно присаживаясь и продолжая кормить сына. – Давай, за него ложечку? Дя, дя, дя…

Ночной разговор с Лёшей настолько выжал меня морально, что уснуть я так и не смогла, даже несмотря на то, что Никитку смогла успокоить буквально за пару минут. Лежала, ворочалась, иногда вставала и подходила к окну, смотря на то место, где стояла Лёшина машина. Он давно уехал, а взгляд сам возвращался к этому месту.

Я не представляла, что будет дальше. Точно была уверена лишь в одном – в нагоняе от отца. Но и здесь ошиблась. По всему выходило невозможное. Стас ему ничего не рассказал. Это одновременно и радовало меня и огорчало. Разговор с папой ведь не исчез с горизонта. Просто я получила отсрочку. И не могу сказать, что ожидание будет приятным. Да я с ума сойду…

Хотя…

Юбилей уже завтра. А послезавтра я буду дома. Да, за эти два года Новосибирск действительно стал моим домом. Сама не ожидала, но возвращение сюда в мои планы не входило.

Да и что меня здесь могло задержать?

— У него есть Лиза, – прошептала я, напоминая себе, что Лёша давно в прошлом.

Несмотря на вскрывшиеся обстоятельства.

Больше скажу, какая-то часть меня отчаянно желала вернуть всё так, как оно было. Стужев плохой и отказался от сына и меня, едва узнав о беременности – так было в разы проще. И не так больно, как сейчас.

До обеда я бродила по дому как сомнамбула, отстранённо замечая бурную деятельность, что развела Леся. В доме кипела жизнь и приготовления к завтрашнему празднику. Появились украшения, подставки для цветов, тут и там сновали доставщики и организатор…