Книга Свет мой, страница 39 – Галина Осень

— Сам боюсь, – сознался Дмитрий. – Но и признаваться боюсь, рано. Не отошла она ещё.

— А мне кажется как раз, – не согласился Тимур. – знаешь, как психологи говорят: эмоциональная боль длится до пятнадцати минут. Всё остальное – самовнушение. Вот и развей её самовнушение, помоги выйти из состояния краха. Отвлеки, вытащи! Действуй!

— Спасибо за поддержку, Тим, попробую!

Полину выписала через сутки, и Дима сразу уехал. Он не мог отсутствовать на работе дольше. Полина после выписки ещё неделю была дома. Успокоилась, отдохнула, съездила с Дашуней к родителям.

Отец был очень рад. Конечно, про разборки на работе и причину болезни, Поля им не рассказывала. Но скрыть пребывание в больнице всё равно было нельзя: Дашка расскажет. Однако Поля вывернулась, объяснив своё попадание в клинику стрессом. Мать губы поджала, но в этот раз защищать Руслана не стала, а отец по голове погладил и заверил, что всё будет хорошо.

— Пап, я вам деньги привезла. Спасибо, что выручили нас вначале. Сейчас уже всё наладилось.

— Да, брось ты, доча, – отмахнулся было отец.

— Нет, пап, возьми. Пятьдесят тысяч на дороге не валяются. У вас Машка ещё не работает.

— Да, Кирюш, мы же хотели Маше кое-что купить, – вступила в разговор мать.

Отец вздохнул и подвинул эти деньги жене. Машка переглянулась с матерью, выдохнула и на радостях призналась Полине:

— Я же курсы вождения заканчиваю. Отец обещал недорогую иномарку в хорошем состоянии взять, чтобы практику накатывала. Да не хватало немного. А теперь до Нового года сможем купить! На Новый год к тебе сама приеду! Примешь?!

— Конечно, приезжай!

— Пр-риезжай! – подтвердила Дашка.

У родителей они задержались на два дня, а по возвращении Полина решила подумать о себе. Ей нужно было удобное стационарное место для сна, и не в Дашиной комнате. Оставался только вариант как-то перекроить гостиную. И она придумала.

Простенок у двери в гостиную составлял два с половиной метра, а гардеробная в длину составляла полтора метра. Полина вызвала мастера, и они вдвоём передвинули гардеробную торцом к дверному проёму. От входа теперь получился своеобразный тамбур.

Дверцы гардеробной оказались на внутренней стороне и там образовался уголок примерно два на два с половиной метра. Вполне достаточно места для полутораспальной кровати и тумбочки. А со стороны гостиной и окна, кровать отделилась стеклянным стеллажом на стальных полированных трубах.

На полки Полина установила цветы, безделушки, фоторамки и в итоге получила почти изолированный спальный угол, в который сквозь прозрачный стеллаж проникал свет из окна. Конечно, гостиная существенно сократилась, но Полине важнее была функциональность. А гостей она почему-то в доме принимать не хотела. Если нужно встретиться – есть кафе и ТРЦ. А дом – личная зона, только для них с Дашкой и очень близких людей. Родителей, например, Димы или Маши. Им места хватит, а для всех остальных – нет. «Мой дом – моя крепость», теперь Полина хорошо понимала смысл этой поговорки.

* * *

После недельного перерыва выход на работу вызывал у Полины некоторое волнение. Как её встретят сослуживцы? Кто вместо Степанова будет начальником группы? Но она зря переживала. Встретили её тепло, интересовались здоровьем, сочувствовали, подшучивали, в общем, признали за свою, наконец-то.