Книга Шаг в новый мир, страница 28 – Галина Осень

Не знаю. Сейчас они общаются как друзья детства. Но, странно, иногда я замечаю, что в присутствии Игната, Анна ведёт себя как его девушка. Особенно, если рядом есть другие барышни. — она легко рассмеялась — Так интересно за этим наблюдать со стороны.

— Да, ты, оказывается, тот ещё психолог. Да, я тоже заметила, что она отзывалась об Игнатии, как о своём мужчине, хотя кроме меня, там никого больше не было. Да, нам-то какое дело. Это пусть невеста его переживает.

Я откинулась на спинку дивана и, оторвав от кисти винограда маленькую веточку, начала отщипывать ягоды, подхватывая их ртом. Соня тоже потянулась к блюду, но взяла яблоко. Молча, посидели, лакомясь каждый своим. Затем я спросила:- Сонь, а у тебя есть мужчина, которого ты любишь?

Она покраснела, но, всё же, ответила.

— Есть. Только никто не знает об этом.

— И он не знает?

— Он, тем более, не знает и не должен знать.

— Почему? Вы неравны по положению?

— Не то чтобы неравны. Но, родители будут против.

— А здесь, это так важно? Мнение родителей, имею ввиду. У нас, например, в большинстве случаев, молодые сами принимают такие решения. Но, есть и договорные браки. И знакомства по объявлениям, с помощью родственников, друзей… Представляешь, моя тётя постоянно искала мне женихов и приглашала их к нам знакомиться со мной. Ужас! — Я рассмеялась, вспоминая некоторые из таких вечеров. — Не знала как прекратить это и объяснить тёте, что такой метод знакомств не для меня.

— У нас мнение родителей важно, конечно, но если совсем уж настаивать, то можно и самим пожениться. Просто, я ещё не знаю, как он ко мне относиться.

— А кто он? Можешь сказать?

Соня поглядела на меня и ответила:

— Тебе — да. Его зовут Григорий Дёмин. Он учится в академии на четвёртом курсе. На боевом факультете. А я — на втором, на криминалистике.

И в чём проблема?

Она вздохнула.

— Проблема в том, что он — сирота. Но, он — наследник небольшого удела. Виконт. По окончанию учёбы он хочет передать удел в казну и пойти служить в гвардию. Так говорили его друзья. А гвардия — это гарнизоны. Нет своего жилья, или снимать, или казарма. Мои родители будут против. Да, и что об этом говорить, если мы даже не представлены друг другу официально. Он меня может и не замечает даже.

И она понурила голову.

— Соня, — обняв подругу (да, я ощущала Соню как подругу), я прижала её к себе в утешающем жесте.

— Не переживай. Мы обязательно что-нибудь придумаем, чтобы вас познакомить. А то ты переживаешь, а он может совсем нетот, кто тебе нужен. Надо же вначале, хотя бы познакомиться, а потом планы строить. Архитектор, — и я шутливо щёлкнула её по носу.

— Ах, ты… — Соня извернулась и шлёпнула меня подушкой.

— Ах, так! Ну, держись…

Нашу возню прервал дверной звонок. Мы переглянулись. Я никого не ждала, а в свете недавних событий, открывать дверь просто так, опасалась.

— Дёма, произнесла я в пустоту, — Ты можешь узнать кто там.?

В ответ на столе появилась записка, о том, что за дверью посыльный от Фоминых.

Я открыла дверь и мне в грудь упёрлась огромная коробка, на которой стояло ещё насколько коробок поменьше. Самого же посыльного за ними не было видно.

— Распишитесь, пожалуйста, — послышался приглушённый голос из-под коробок. — и, мне в руки ткнулся листок накладной. Я расписалась. Коробки легли на пол прихожей и, пока я соображала, что к чему, посыльный уже испарился.