Книга Начать сначала, страница 21 – Галина Осень

* * *

Следующие дни ушли на общение с лессой Нэвидж. Моё задание, которое я давала перед поездкой на рудник, она спокойно проигнорировала. Но, поскольку, мы с Михелом обошли все помещения, я уже имела некоторое представление о том, где и что нужно сделать.

Лесса бы и дальше меня игнорировала, но положение моё в поместье после рудника, всё-таки изменилось. Ко мне по-прежнему относились как к молоденькой девушке, но и одновременно как к хозяйке, не выполнить поручение которой просто невозможно. Тем более, что Михел и Питер всячески подчёркивали своё уважительное отношение… А Дитер и воины выполняли только мои распоряжения и просьбы. Мне иногда не хватало капитана и его дружеских подначек, но дела в замке не давали ему возможности бывать у нас часто.

С лессой мы всё же нашли общий язык, когда обсуждали интерьер столовой. После того, как её отмыли и отчистили (за процессом я наблюдала придирчиво целых два дня, только помывка окон чего стоила), это оказалась довольно приветливая светлая зала. Небольшая по размерам, но удобная и уютная.

Стены обшиты светло-беживыми гобеленами с рисунками садовых цветов и деревьев. Высокие витражные окна в солнечные дни разрисовывали столовую цветными зайчиками и оживляли рисунки на гобеленах волшебными красками. С высокого потолка свисали, размещённые в ряд, строго по центру три большие каскадные люстры. Вспомнила, как первое время по привычке, я искала настенные выключатели, тогда как весь свет в помещениях загорался магически, по двойному хлопку. Как-то, я спросила у Гории, пользуясь якобы потерей памяти, почему по двойному. И она объяснила, чтобы избежать случайного включения. А, вообще, бывают и другие команды, голосовые в том числе.

Длинный стол тянулся через всё помещение и состоял из нескольких секций, которые можно было добавлять или, наоборот, убавлять. Вначале, я хотела изменить композицию и собрать стол в виде буквы «т», где короткая часть предназначалась бы для членов семьи, а длинная для всех прочих. Но, потом подумала, что это же не замок. И разводить официоз, разделяя семью и несемью в небольшом поместье, не стоит.

Лесса со мной согласилась, добавив, что в нашей семье были в традиции семейные ужины. То есть, завтрак и обед как хочешь, но на ужин все должны быть в столовой. И опаздывать нельзя. Во-первых, моветон, во-торых, не будешь же всех голодом морить и прислугу напрягать. Помню, помню я некоторые из них. Всё-таки, я была совсем малышкой и посещение ужинов для меня было не столь обязательно.

— Ну, не знаю, — протянула я. — Родителей нет уже семь лет, сестра в академии. Дядя бывает редко. Для кого возрождать традицию?. — А потом подумала, что дело, ведь, не в количестве людей за столом, (пусть даже я останусь совсем одна), а в отношении к этому факту, в отношении к своей семье. И я согласилась попробовать. Лесса была не просто рада, она прямо светилась от удовольствия. Оживилась и щебетала не хуже молоденьких горничных. И я подумала, что в сущности, мы и есть её семья. И, если ей, как члену семьи, важны традиции, то пусть они будут. (Лишь бы не через меру).

И мы дружно взялись за выбор скатертей, салфеток, сервизов, парадных и ежедневных, — всё, что мило женскому сердцу, правда, уменьшив перед этим длину стола на одну секцию. С того времени, лесса была моей самой рьяной помощницей и гоняла горничных не хуже злобного духа.