Книга Опекун для Софии, страница 97 – Галина Осень

— Может, ты и прав, – заметил он графу. – Сейчас убедимся. Вызови посла оборотней ко мне срочно, – распорядился он помощнику, – и пригласи целителя.

Не предлагая Мартину сесть, и сам оставаясь на ногах, король продолжал сверлить его изучающим взглядом. Казалось, он пытается проникнуть в мысли Мартина и изучить его изнутри. Тишина в кабинете угрожающе сгустилась.

Но вот раздался предупреждающий стук в дверь, и в кабинет вошли мужчина и женщина. Каспар сразу высказал чёткое требование:

— Всё, что вы сейчас здесь узнаете – королевская тайна до моего специального распоряжения.

Магическая молния сверкнула в воздухе и отпечаталась на запястьях посла и целительницы.

— Прошу каждого из вас своими методами определить степень моего родства с этим человеком, – король мотнул головой в сторону Мартина.

Если оборотень и целительница и удивились, то вида оба не подали. Посол просто подошёл вначале к королю и аккуратно втянул его запах, с разрешения поднеся к носу королевское запястье. Затем то же проделал с рукой Мартина.

— Помолчите пока, – распорядился король, когда оборотень уже собрался озвучить результат. – Пусть подготовиться госпожа целительница.

Женщина, достав их небольшого саквояжа, с которым ходят все целители, какие-то фиалы, тоже молча подошла к королю. Ткнув иголкой в палец, выдавила каплю его крови и размазала её по небольшому квадрату стекла. Затем взяла кровь у Мартина и его каплю размазала рядом с королевской. На оба мазка она капнула из тёмного фиала по капле.

Над стеклом поднялись два коротких шипящих газовых столбика алого цвета. Мартин понял, что это определилась их с отцом родовая магия – огонь. Но кроме этого в столбиках определились две призрачные цифры – единицы. Собственно, и так было всё ясно, но Каспар приказал женщине:

— Говорите!

— Этот эликсир, мой король, определяет степень родства. Единица – это родители и дети. Родные дяди, тёти, племянники, внуки – от ноля семи до ноля девяти. Двоюродные – ещё меньше. Эликсир не даёт ошибки. Применяется много лет повсеместно, особенно в судебной практике. То есть, я могу точно сказать, что вы – отец, а этот мужчина – ваш сын, – женщина склонила голову, завершая доклад, и сделала шаг назад.

— Вы? – потребовал король у оборотня.

— Подтверждаю, ваше величество, вы отец графа Уоррена. Поздравляю! У вас очень достойный сын. Его уважают, и он пользуется известностью не только в своём королевстве.

— Кажется, даже слишком большой известностью, – пробурчал Каспар. – Идите, – отпустил он посла и целительницу. – Что ж, ты доказал, но теперь я хочу знать, как всё это случилось! И почему я ничего не знал о тебе? Неужели ты думаешь, что я бросил бы твою мать, зная о её беременности?! Да мы с ней и переспали-то только раз, прости за грубые подробности. Как, кстати, она сейчас? Замужем?

— Матушка умерла, когда мне было пять лет, – холодно ответил Мартин. – У меня тоже есть вопрос к тебе. – не стал играть в вежливость граф и перешёл на «ты». – Как мог ты, лорд, переспав с женщиной, леди, оставить её без внимания, просто забыть о её существовании?! Ведь ты наверняка был у неё первым!

— Спокойно! – ощетинился в ответ Каспар. – Да, признаю, что моё поведение выглядит неприемлемо, но я был принцем! У меня были государственные дела! Я уехал не просто так. Да и Анита потом не пыталась связаться со мной, значит. ей не нужна была моя помощь… Тёмный забери! … Ты прав, мальчик! Мне стоило узнать о её самочувствии. Но вскоре я женился по договору, и в семье сразу возникли разногласия… А-а, грых болотный! Я опять оправдываюсь! … Прости! Мне тяжело признаваться, но я не любил твою мать настолько, чтобы помнить о ней и беспокоиться. Как мужчина ты меня, наверное, понимаешь.