Книга Двое на новых рубежах, страница 54 – Галина Осень

— Узнай, – хан вошёл в юрту, тут же оставив все посторонние мысли.

Зарубежные гости даже не садились, так и ждали хана стоя с хмурыми напряжёнными лицами. «Да, нелегко будет, – подумал Кизмен и растянул губы в вынужденной улыбке.

— Прошу прощения за ожидание, дорогие гости. Давайте сначала перекусим и выпьем сутэй.

Может, гости были и недовольны таким оборотом, но отказываться от предложенного перемирия не стали. Для гостей в юрте были установлены полноценные столы и стулья, и теперь слуги быстро и бесшумно уставляли стол едой и напитками. Хан сделал жест, приглашая всех к столу. Поднимая пиалу с сутэем, Кизмен произнёс:

— Да исполнится воля предков и мир придёт на наши земли.

Гости вынужденно подняли свои пиалы и поднесли к лицу.

— Стойте! – вдруг раздался голос Игнация. – Яд!

Все поставили пиалы на место. Князь же, наоборот, выплеснул содержимое в сторону Кизмена и прошипел ему в лицо: – Ничтожество!

Стойте! – повторил Игнаций. Сейчас мы всё узнаем.

Он снял с руки перстень и, держа его вниз камнем, прошёл вдоль стола, задерживая руку над пиалами и косами. Затем повернулся ко всем и коротко бросил: – Во всех пиалах яд, во всех косах – яд, во всех напитках – яд. В ханской посуде тоже, – добавил он специально для князя.

— Ты! – князь взбешённо ткнул пальцем в Кизмена. – Ничтожная степная крыса! Ты даже в собственном доме не можешь навести порядок! Тебя травят в собственном доме! И ты ещё посмел оправдываться за похищение Джеммы?! Ноги моей здесь больше не будет!

Князь хотел крикнуть: «Война!», но крепкая рука Игнация сжала его локоть, и король покачал головой, призывая к молчанию. Однако князь уже кипел и остановиться не мог, но всё же подправил свою угрозу, добавив одно спасительное слово.

— Холодная война! Отныне со степью у нас холодная война! – повторил грозно князь.

Слышал он такое выражение от Игнация, и оно как нельзя лучше отражало их отношения со степью: нет боевых действий, но нет и мира. Каждый настороже, и каждый не верит соседу.

— Подожди, князь, не горячись! Да, я виноват, Акчай виноват за страдания твоей Джеммы, но я клянусь, что преступница уже наказана и больше не навредит княжне, и никому не навредит. Что касается яда на столе – это позор для степняков! В своих юртах мы не гадим! Если бы мне надо было убрать кого-то из вас, или вообще всех, то я это сделал бы в степи, но никак не в юрте и никак на берегу священного озера! Тот, кто это сделал, хотел избавиться разом от нас всех, но просчитался, или надеялся на случай. Мне стыдно, но я прошу помощи у своих высоких гостей. Принц Рэдмон, всем известно, что ваш отец – сильнейший менталист…

— Мне не перешёл дар отца, – резко ответил принц, – но, может, кто-то из моих старших друзей поможет расследованию?

— Я, – нехотя предложил Игнаций. – Только не буду ни рассказывать о своих действиях, ни показывать их. Это тайна, – присутствующие согласно кивнули, уважая решение короля. – Соберите всех слуг, поваров и нукеров, которые имели доступ в эту юрту и в ту, где готовили еду. Я буду опрашивать их один. Вы можете перейти в другую юрту.

— Я с тобой, отец, – шагнула вперёд Марсела.

— Я с вами, – не отпустил её руку принц и шагнул следом.

— Хорошо, запускайте, если все готовы. – кивнул король.