Книга Зелёная долина, страница 168 – Галина Осень

— Нежка, помоги мне! – распорядилась Мария, переворачивая Антона на живот, чтобы лучше обследовать рану. – Вскрывай! У тебя рука лучше набита, а я посмотрю, что там внутри.

— Но…, – Синега вспомнила, как растерялась от такого приказа и посмотрела на отца.

— Делай, дочка, – кивнул тот. – Она мать, поэтому лучше чувствует, где угроза её сыну. Возьми ритуальный нож и прокали его в пламени. Духи рода помогут тебе, Синега, – и вновь забормотал лечебные мантры.

Какой бы решительной девицей не была Синега, но резать по живому бесчувственного человека ей ещё не приходилось. Но, прикусив губу, она нанесла тонкий и точный надрез, вскрывая рану. «Хорошо, что Антон без сознания, наверное, ему было бы больно», – жалость горячей иглой коснулась её сердца.

Мария склонилась над сыном, как бы принюхиваясь и прислушиваясь. Она чувствовала чужеродную магию и сейчас выискивала её следы. Но лечение травами и обрядами забивало следы запахов, даже, если они и были. Однако, Маша не сдавалась. Осторожно раздвинув края разреза, она чуть ли не носом уткнулась в рану и, наконец, услышала след враждебного заклятия. Магия тоже имеет запах, главное знать и помнить об этом.

— Нежа, давай, девочка, сделай разрез поглубже. Но аккуратней, пожалуйста, – всё же не удержалась Мария, одновременно испытывая два противоположенных желания: остановить руку с кинжалом и дать ей возможность сделать разрез поскорее. Ей было настолько жалко своего взрослого сильного сына, что она, скорее, сама бы легла под этот нож. Но, с другой стороны, надо было увидеть, что мешает заживать ране и убрать остатки враждебной магии.

Сцепив зубы, Мария раздвинула ещё раз края раны. Обнажился кусочек кости и синяя, умирающая плоть рядом с ним. Некроз. Кусочек гнили был пока небольшим, но это именно он не давал покоя организму и сводил на нет усилия лекарей.

— Пинцет, девочка! – глухо скомандовала Мария.

На столике у кровати Антона давно уже стояли земные биксы со стерильными инструментами, земные же лекарства и растворы, присланные Андреем. Был даже земной врач, но и его усилия не увенчались успехом.

Синега подала требуемое. Особой чистоты в юрте, конечно, не было, да и руки женщин не были в перчатках. Но в отличие от Земли здесь была магия и обеспечить стерильность здесь и сейчас она была способна.

Мария осторожно ковырнула гнилой кусочек, и он распался, обнажив острую, мелкую деревянную щепу, которая и источала следы заклятья.

— Иди сюда, тварь, – со злостью произнесла Маша, вынимая этот осколок из раны.

— Давай сюда! – скомандовал Уразаш, который, оказалось, уже давно стоит рядом с ними и наблюдает за процессом.

Маша повернулась к нему и уложила магический осколок в стеклянный сосуд, поданный шаманом. К Антону тем временем быстро подошла знахарка, которая постоянно наблюдала за ним и лечила травами. Она споро прочистила открытую рану и закапала в неё зелье. Затем положила на неё амулет и, прикрыв его рукой, начала быстро читать заклинание исцеления, повторяя его многократно.

Минут через пятнадцать она убрала руку и стёрла со лба капли пота. А Мария и Синега увидели, что рана почти затянулась и имела теперь розоватый цвет, характерный для заживающих порезов.

— Слава богу! – вырвалось у Марии, и она обессиленно опустилась на диван. – Что можешь сказать, Уразаш, – через минуту спросила она у шамана.