Книга Зелёная долина, страница 132 – Галина Осень

— Итак! – Андрей, не вставая, обратился к Урагашу. – Уважаемый верховный шаман союза орочьих племён. Настало время исполнить последнюю часть договора, без которой он не начнёт действовать. Мы должны договориться о дне свадьбы наших детей, и эта дата станет началом всех других договорённостей и условий между нашими народами. Вам слово, дорогой Урагаш.

Со стороны людей за столом сидели Александр Рекостен – советник короля и начальник департамента правопорядка; Андариан Гимметвин – герцог, владетель всех этих приграничных земель и руководитель переговоров с орками от имени короны; начальник департамента королевского сыска – Реган Гимметвин, владелец поместья «Зелёная Долина», начальник пограничного округа и командующий пограничными войсками; Мария Гимметвин – жена Андариана, землянка, магесса, преподаватель академии, Антон Гимметвин – младший сын Андрея и Маши – официальный жених орчанки.

Со стороны орков присутствовали Урагаш – верховный шаман орков, отец Синеги; Рарег – каган, верховный вождь орков; Улазаш – военный вождь; Синега – невеста Антона.

Визит был неофициальным, а потому здесь собрались только самые важные в этот момент переговорщики.

— Мы подписали договор пятнадцать лет назад. По твоему настоянию, женщина, – бросил Урагаш недовольный взгляд на Марию. – Он отодвинул срок свадьбы на пять лет. Это много. Синеге теперь тридцать лет. Она старуха.

Синега на этот спич вспыхнула, но промолчала, опустив голову, а орк невозмутимо продолжил.

— Однако, мы живём таким же сроком, как и маги, и она ещё долго останется молодой и гибкой лозой. Сегодня она просила дать ей здесь слово. Синега – моя единственная дочь, я согласился. Говори! – обратился шаман к дочери.

— Отец! Договор с людьми важен, я понимаю. Но у людей нет обычая скреплять такие договоры браком. И мы может отказаться от этого древнего обычая. Люди не будут против. Дай мне свободу, отец! Я сама хочу выбрать судьбу!

Девушка стояла, высоко подняв подбородок, и смело глядя в глаза отцу. Правда, сейчас он был не просто отцом, а верховным шаманом орков. И думал шаман сейчас не о своей дочери и её счастье, а о благополучии своего народа.

Шаман тоже встал. В зале установилась настороженная тишина, нарушаемая только мощным дыханием военного вождя Улазаша. Он сидел рядом с Синегой, но теперь встал и тоже, требовательно и нетерпеливо, уставился на верховного шамана, крепко сжав резную рукоять камчи.

В этой тишине раздался спокойный, но предостерегающий голос верховного вождя орков – Рарега (по людским меркам – короля объединённых орочьих племён).

— Улазаш, ты не забыл, где находишься и зачем?

— Нет, вождь! – вскинулся орк, не убирая руку с плети. – Я прошу Синегу у верховного шамана. Что может дать ей этот мальчишка?! – презрительно скривился он в сторону Антона. – Он даже не сможет поймать её на аркан. Синега не для него! Или люди хотят опозорить своего сына? – повернулся орк к Андрею и Марине. – Ты же, мать, сама была против этого брака. Я помню, как пятнадцать лет назад ты тигрицей сражалась с Урагашем за своего сына. Неужели вы передумали?!

— Рано, Ула! – сожалеюще воскликнула Синега. – Рано ты открылся! – и замолчала.

— А я, смотрю, нас и за стоящих партнёров не считают? – обманчиво спокойно проговорил Антон, поднимаясь.