Книга Измена. (Не) фригидная жена, страница 10 – Алиса Маис

Я сажусь назад. Радуюсь, что таксист не из тех, кто втягивает пассажиров в разговоры. Мне надо подготовиться. Морально. Надеть броню на сердце и улыбку на лицо. Если повезет, Дамира не будет дома. Но он может не пойти на работу. Когда ты сын владельца, тебе полагаются небольшие, кхм, преференции.

Я не знаю, о чем с ним говорить.

Точнее…

Предстоит слишком многое обсудить.

С чего начать?

Ребенок изменит многое. Но сама я пока не понимаю, хочу ли что-то кардинально менять. Без моей внезапной беременности я вижу все настоящим, без прикрас.

И мужа вижу настоящим.

Вспоминал ли он обо мне в выходные?

Думал, что скажет во время следующей встречи?

Если он разлюбил меня, если пошел на предательство, разве ребенок что-то изменит? Дамир не полюбит меня заново.

От всех этих мыслей мне становится жарко.

Наконец, я на месте.

Оглядываясь, я вижу машину мужа возле дома. Что ж, мне не повезло. Но ожидаемое эмоциональное цунами не наваливается на меня. Я помню, ради чего я здесь. Конкретно сегодня — не для разговоров, а чтобы собрать вещи и уйти.

Точнее, уехать…

Я достаю из серой сумки ключи и открываю двери.

На первый взгляд — дом пуст.

Я ничего не слышу.

Не слышу женского смеха, скрипа кровати. Не вижу чужих вещей. Уже легче.

Пусть я и прожила в доме два года, сегодня он кажется мне чужим.

До чего дико входить в свое жилище и ощущать себя воровкой, ощущать, что тебя не ждут и твой приход может разочаровать мужа. Я присаживаюсь на диван, давая себе секундный перерыв. «Соберись».

Я должна быть сильной, да?

Здесь ничего не изменилось.

И столик мой любимый на месте. Я хорошо помню, как мы с Дамиром выбирали его. Прямо в магазине решили, что будем «делать абсолютно все, что захотим». Не станем наполнять свою повседневность дурацкими правилами и запретами. Поэтому… Если захочется поесть перед телевизором, мы обязательно сделаем это.

Он улыбался, когда говорил это…

Мы сидели на выбранном диване и беззаботно дергали пятками, как дети.

Я представляла, что именно здесь скажу Дамиру о беременности. Знаю, что есть десятки креативных способов сделать это, например, положить записку в шоколадное яйцо, засунуть в торт или принести распечатанный снимок. Но я представляла все иначе: спокойный вечер, мы вдвоем, мерно горящая свеча на столе, признание…

Я романтичная дура?

Определенно я романтичная дура.

Но в тот момент, как я сочно опускаю ладонь на свой лоб, стараясь прекратить, наконец, поддаваться сантиментам, в комнату входит Дамир. Его появление отрезвляет меня, как пощечина. И окунает в прошлое, которое еще недавно, было настоящим, будничным и… привычным мне.

* * *

Дамир откладывает телефон, показывая, что его внимание занимаю я.

На нем белая рубашка и джинсы. Вроде все, как обычно, но я подмечаю детали.

Когда он гладит себе одежду, то не уделяет внимания области за воротником. И пояс на штанах не тот, что всегда. Дамир, наверное, не нашел его в горе одежды, которую он устраивает при малейшей возможности. Наш дом через неделю превратится в холостяцкое жилище.

— Я надеялся, что ты вернешься… — говорит он.

— Правда?

Поднявшись, я поправляю пиджак.

Дамир останавливается возле шкафа.

— Нам нужно поговорить.

— О чем, Дамир? — я устало обхожу его, стараясь держать себя в руках, и поднимаюсь наверх, в нашу комнату. — Кажется, ты сам в прошлый раз настаивал, что «все понятно». Я тоже так думаю.