Книга Тайрин, страница 74 – Тамара Михеева

Тайрин неспешно шла в этом запахе, собирая с земли орехи, набивая ими карманы. Не с кем поделиться. Родителям нельзя говорить, что она выходит за стену. Тинбо ее предал. Угостить Элту, который просто порадуется, не задавая вопросов, да потолочь в ступке, чтобы покормить беззубую бабушку. Как опустел их дом! Да и в мастерской тоска. Девочки заняты своими делами, им не до нее. Си нет. Исчезла, растворилась, пропала, и с каждым днем Тайрин все больше сомневается, была ли? Может, она просто привиделась ей? Но в дупле дерева хранится книга, которую Тайрин так и не вернула Джангли. И уже никогда не вернет: у нее нет волшебных палочек, открывающих любые замки, а еще – она не решится пойти туда без Си. Джангли запросто убьет ее за то, что задержала книгу. «У меня есть своя книга теперь. Украденная поневоле. Необыкновенная. Научившая меня танцевать и чувствовать воздух и землю». У Тайрин был выходной, и она решила бродить здесь до вечера, чтобы сбросить морок последних четырех книг, которые она перерисовывала и которые исправляла.

Тайрин потрясла орех. Это звук осени, ее музыка. Тайрин начала танцевать под стук орехов, под шорох листьев под ногами. Скоро придет зима. Все здесь уснет, замолчит, померкнет, и белый зверь-туман спрячется в реке, испугавшись вьюг. Только ветер и снег, только белое и черное. А Тинбо так и не вернется. «Он заколдован, я должна его расколдовать. Я должна станцевать особенный танец, как в той книге. Танец древних риланцев».

И она танцевала.

Две белки спустились с деревьев и уселись на краю поляны, глядя на нее. Она была благодарна этим непрошеным зрителям. Потом Тайрин покормила их с рук орехами. И бросила в реку два орешка – поблагодарила духов воды. А еще два закопала у края поляны – покормила духов земли. Осень только начинается. Пусть обойдется без потерь.

Она брела домой среди желтеющей, но все еще высокой травы, когда наткнулась на человека. Он был чуть постарше ее, огромного роста и такой широкоплечий, что у Тайрин не хватило бы рук, пожелай она его обнять. Густые, ярко-рыжие с огненной искрой волосы, а брови и ресницы – темные. Парень уставился на нее, будто она на его глазах превратилась из белки в девушку. Тайрин растерялась, ведь ни разу в жизни она не встречала никого здесь, лес был одинок, как она сама.

— Что ты здесь делаешь? – выпалила она.

Парень не ответил, лишь угрюмо глянул на Тайрин и пошел сквозь траву дальше.

— Эй! Ты как сюда попал?

Снова молчание.

— Ты что, немой?

Парень фыркнул.

— А, ты не говоришь на имперском!

— Все говорят на имперском, – сказал парень так свирепо, что Тайрин засмеялась. Надо же, какой сердитый, просто великан из сказки.

— Что ты делаешь?

— Работаю.

— Работаешь? Что это за работа такая – ходить по траве?

— Я протаптыватель тропинок.

— Чего?

Тайрин расхохоталась. Парень глянул на нее почти обиженно.

— Это хорошая работа, – угрюмо сказал он. – Хожу и протаптываю.

— А зачем?

— Ну, не самому же императору тут топтать…

— Императору? Здесь? При чем тут император?

— Этот лес сделали его… как уж… в общем, императорский сын охотиться тут будет. А для всех остальных лес закрывают. Только надо же его подготовить, больно он дикий. Кто-то буреломы расчищает, кто-то зверье прикармливает. Я вот тропинки топчу. Работа нетрудная, и платят много.