Книга Тайрин, страница 45 – Тамара Михеева

Аута, Бьёке и Мэтл хохотали как бешеные.

— О-о-о, это было что-то, Тари! Их лица! У Челисы даже челюсть отвисла!

— А как она посмотрела на Лайпса!

— А сам Лайпс!

«А сам Лайпс посмотрел на меня с таким отчаяньем и такой нежностью, что мне до сих пор больно вот тут, в сердце», – подумала Тайрин и сказала сурово:

— Если кто-нибудь из вас еще раз назовет меня Тари, я перестану с ним разговаривать.

Они уставились на нее.

— А что такого?

— Тебе не нравится?

— Ты никогда не говорила, что…

— А с мастером Гутой тоже не будешь разговаривать?

— Меня зовут Тайрин, – отрезала она. – А Тари… это просто не я.

На следующий день Тайрин опоздала в Библиотеку. С утра они опять повздорили с Тинбо, который бросился защищать Челису, пытаясь ее оправдать, и Тайрин в бешенстве вылетела из дома. Но приходить в таком настроении в мастерскую было опасно, можно испортить работу многих дней, и она пошла в Библиотеку самой долгой дорогой, надеясь остыть и успокоиться. Проходя мимо их ночной лазейки, Тайрин с тоской подумала, что сбежала бы в лес, если бы могла, прямо сейчас. Но не выбраться, не спрятаться, не убежать из этого города, который душит, как кусачий платок на шее. Она глянула на часы, висевшие на башне Ветров, и повернула к Библиотеке. Впервые за пять лет работы она опоздала.

Мастер Гута строго посмотрел на нее и покачал головой, но ничего не сказал. С недавних пор он стал давать ей дополнительные поручения, не совсем обычные. Например, отнести книгу в такой-то дом, но так, чтобы об этом никто не узнал. Тайрин подозревала, что эти книги или предназначались не книжникам, или были какими-то особенными. На каждой книге был знак – треугольник-квадрат-круг, вложенные один в другой. А однажды Гута велел ей перерисовать азбуку. Когда она удивленно на него посмотрела, он сказал недовольно:

— Буквы все равно что картинки, не понимаю, в чем разница.

И Тайрин перерисовала. За все эти мелкие услуги она получала свои маленькие привилегии: одной ходить по Библиотеке, игнорировать придирки Тумлиса…

Тайрин села за свой стол, проверила, хорошо ли высохла краска на листе, можно ли приступать к следующему рисунку. Си улыбнулась и вдруг бросила ей на стол узкую полоску бумаги, свернутую в несколько раз. Тайрин посмотрела на Си, и та показала глазами: «Разверни».

Тайрин развернула. «Ты умеешь читать?» – было написано там.

— Нет! – шепотом возмутилась Тайрин – и поняла, что выдала себя с головой.

Но Си только улыбнулась и бросила еще одну записку. «Я никому не скажу. Мне нужна помощь. Можешь мне помочь?» И Тайрин против воли кивнула.

— Мастер Гута, мне нужно в туалет, – звонко произнесла Си.

Гута брезгливо махнул рукой: иди, мол, иди. Но по правилам даже в туалетную комнату не ходят без сопровождения, и Тайрин поднялась следом.

— Я провожу, – сказала она.

Всю дорогу они молчали. И только внутри узкой комнатки Си сказала:

— Спасибо, что согласилась мне помочь.

— Как ты узнала?

— Ну… я просто смотрела. Ты шевелишь губами, когда рисуешь, когда смотришь меню в кондитерской и названия книг, которые тебе дают перерисовывать. Читающего человека всегда видно. Но я никому не скажу, клянусь! И ты не говори про меня. Я верю тебе, Тайрин. И мне больше не к кому обратиться за помощью здесь. Я ищу одну книгу, но ее нет на обычных полках, мне надо попасть в другую Библиотеку.