Книга Заброшка, страница 15 – Эра Думер

Мы с макетом обменялись колкостями. В процессе разговора я никак не могла оторвать взгляд от его волос – приснилось, что он сбрил локоны, и во сне меня это покоробило. Я связалась не просто с Двуликим Янусом, а с многоликой сущностью, осколки лиц которой впиваются мне в пятки на вселенских дорогах. Белый Вейнит, Двуликий, ликвидатор АИН, разведчик Тайной канцелярии, макет… Сколько их – и все ли из них настоящие?

Ян потерял интерес к нашему разговору и прогуливался в стороне. Разогнав массажными движениями кровь по рукам, я предложила разжечь костер. Мой буковый друг не придумал ничего лучше, кроме как использовать тела макетов в виде дров.

— Даже не вздумай делать такое лицо.

— Тебе самому от себя не противно? – меня что-то кольнуло под ребра, и я встала, а затем в нерешительности опустилась на место. – Они же тоже когда-то были…

Я хотела сказать «тобой», но смолчала.

— Хамка. Верно говорят, не хочешь зла – не делай добра.

Время текло не торопясь, веки тяжелели, и я периодически прикрывала их, но в голове, как водоросли на мотор, наматывались тошнотворные образы, тормозя мой мозг как лодку. В памяти всполохами возникали обрывки сна про опыты и парфорсную охоту в тонах «Алисы в Стране Чудес», но чересчур мрачной для детской сказки. Еще там были Вельзевулы, и воспоминания о них вызывали головокружение.

К завтраку выползли и Повелители мух. От запаха суповых консервов мне стало совсем не по себе – от приступа тошноты я выронила ложку, которая шлепнулась в банку, обдав руку брызгами. Меня скрутил кашель, и Эвелина, прищурившись, посмотрела на мой живот и на меня. Пресекая ее очевидно несуразный в нынешних условиях вопрос, я процедила:

— Нет, Веля. Даже не думай об этом. Дело в том, что… у меня впечатление, что я ела эти консервы сотню раз.

Повелительница мух изменилась в лице. Я отдала подсуетившемуся Зеве свой завтрак и отодвинулась подальше от мясного душка; Андрей принялся уплетать за обе щеки, на что Веля заметила:

— Сам бы себе и приготовил, чертеныш.

Я проартикуллировала ее слова одними губами и накрыла пальцами рот. Вот-вот Эвелина скажет: «Продрогла до соплей» и вытянет ноги поближе к костру. Эпизод столь яро впился в разум, что я с минуту ждала, когда сбудется мое пророчество, но так не случилось. Много потрясений и скопившийся стресс – вот мозг и путает долгосрочную память с краткосрочной.

Засмотревшись на костер, в котором тлели останки макетов, я растворилась в кратковременном безмолвии. Друзья поддались мистической утренней тишине, но Ян, воплотившись за моей спиной, заговорил, вырвав меня из тишины:

— Вы хоть спали. Мы с этой, – кивнул макет на меня, – были лишены такой роскоши.

— Ага, держи карман шире, – отозвалась Веля. – Проворочалась всю ночь.

— Забавно, ведь и я толком не спал, – ввязался Андрей. – А ведь, если подумать, то мы неделю страдаем массовой бессонницей! Чудно.

— Чего чудного? – спросила я вдруг. – Ты же сам сказал, что не спишь, когда пялишься на меня через свою муху.

Воцарилась тишина. Ян задержал на мне взгляд, но хмыкнул и был таков. Вельзевулы отреагировали ярче: Зева побагровел и поднял мои слова на смех, а я тщетно силилась вспомнить, когда он мне такое говорил. Не говорил ведь! Стал бы Андрей признаваться в том, что следил за мной через ЦеЦе?