Онлайн книга «Школа дорог и мостов»
|
Не было, значит, никакой сестры? А неплохая идея – сжечь город. На целый год Глянцево поблескивал в сумерках Шар. В его боку отражался морской конек. Я не помнила, как сняла его с шеи, и как оказалась в ШДиМ, не помнила тоже. Я лежала в своей комнате, в своей кровати, под теплым и тяжелым одеялом. Марьяны не было. Ах да, ведь лето, каникулы. Пахло лавандой и полынью. Я попыталась сесть, но у меня не получилось. — Тише-тише, – сказал совсем рядом знакомый голос. Потом что-то кольнуло в плечо. — Ай! — Ага, значит, приходишь в себя. – И я узнала Витаминыча, нашего школьного врача. Он убрал шприц, поправил одеяло. Я облегченно выдохнула. Я дома. Вдруг дверь открылась и вошли мама с папой и Алехин. Ох, ничего себе! — Саша! Мама обняла меня. Я посмотрела на Алехина, он улыбнулся и кивнул: все, мол, ок, не переживай. — Твои родители так сильно о тебе беспокоились, – сказал он. – Но пневмонию сейчас легко лечат, главное – вовремя поймать. Пневмония?! Он говорил еще что-то про экспедицию, про плохую погоду и мокрые носки, а сам смотрел на меня очень выразительно, и я, конечно, его поняла. Путешествие в Рилу затянулось так, что они, наверное, уже не знали, как это объяснять моим родителям, пришлось выдумать пневмонию и отправить меня в изолятор. А потом – чудесное выздоровление, не хотите ли приехать, а то Саша еще очень слаба, чтобы одной добираться до дома, да и школу заодно посмотрите. Интересно, если ШДиМ и все, чем они тут занимаются, законно и приносит пользу, то зачем надо постоянно врать? * * * Алехин наконец ушел, и мы остались одни. Мама присела на кровать, погладила меня по руке. Папа стоял у окна. Ух, как я ужасно соскучилась! — Все лето проболела, – сказала мама. – Ох, Сашка, мы так испугались! — Да подумаешь, – пробормотала я и поняла, что голос и правда сипит, будто после долгой простуды. Последствия перехода или Витаминыч мне что-то вколол? – Просто пневмония… — Главное, к учебному году выздоровела! – бодро сказал папа. — Главное, что она перед учебным годом не отдохнула совсем! – рассердилась мама. — Да ладно… ну, то есть… наоборот, только и делала, что отдыхала, книжки читала. – Я мучительно думала, что бы такое сказать, чтобы они не поняли, что я не знаю, какое сегодня число. – Не прям завтра же в школу… — Ну да, месяц еще погуляешь, – все так же бодро сказал папа. Уф, значит, август. Но что-то такое особенное послышалось в папином голосе… что-то такое… — Вы что от меня скрываете? – напрямик спросила я. Устаешь, знаете ли, юлить и выкручиваться. Родители переглянулись. Черт. Кто-то из них женится? Они снова сошлись и у меня будет брат-сестра? Умерла бабушка? — Да говорите уже! – не выдержала я. — Саш, понимаешь… – замялся вдруг такой бодрый минуту назад папа. – Мы не думали, что так получится, ну, что ты заболеешь… — Меня пригласили в очень крутой проект, – перебила его мама. – Экспедиция в Патагонию. Научно-исследовательская и просветительская. И папу тоже, фотографом. — О… – Уф, все живы, ура. – Ну круто же, да? Вы рады же? А в чем подвох? — Это на год, – сказал папа. – И отъезд уже через две недели. * * * Эти две недели мы провели дома все вместе, втроем. Много гуляли, болтали, по вечерам пересматривали любимые фильмы и мультики, ездили в гости к бабушке. Потом родители отвезли меня в ШДиМ. Их отъезд был назначен на послезавтра. Вечером родители уехали. Перед самой электричкой мы с мамой разревелись, как маленькие, а папа не знал, как нас утешить. Ведь в этой их экспедиции даже связи толком не было, только спутниковая, и то не всегда! И зачем они согласились? Мне все каникулы теперь в школе сидеть! И вообще… Я еще шмыгала носом, когда пришел Алехин. Встал рядом со мной у окна, сказал проникновенно: |