Книга Фиалка для мажора, страница 19 – Карина Мин

Стоило нам остановиться, как Олег уверенно положил одну руку мне на талию и мгновенно припечатал меня к себе, стирая любые личные границы.

Второй рукой он перехватил мои пальцы, прижимая их ближе к своей груди — прямо туда, где под тонким, дорогим хлопком рубашки ровно билось его сердце. Расстояние между нами сократилось до каких-то жалких сантиметров.

Я робко опустила свободную ладонь ему на плечо, ощущая, как под моими пальцами перекатываются жесткие, тренированные мышцы Олега.

— Расслабься, сказал же, — тихо, прямо над моим ухом прозвучал его низкий голос. От его теплого дыхания по шее мгновенно разбежались мурашки, а волоски на руках встали дыбом. — Ты ведешь себя так, будто я веду тебя на эшафот, а не танцевать.

— Для меня это примерно одно и то же, Романов, — едва слышно прошептала я, стараясь смотреть куда угодно, только не в его гипнотизирующие серые глаза. — И моё платье сейчас кажется воспламенится от взгляда твоей матери.

— И пусть, — хмыкнул он и увёл меня в плавный шаг, двигаясь на удивление легко и идеально попадая в такт музыке. А самое удивительное: стоило мне расслабиться, как моё тело само знало, куда идти в танце благодаря Олегу. — Главное, что бабуле нравится. Смотри, она уже мысленно выбирает нам дату свадьбы.

Олег ещё плотнее притянул меня к себе, убирая даже этот несчастный зазор между нашими телами. Моя грудь коснулась его широкой грудной клетки, и в этот момент я окончательно поплыла.

От Романова пахло просто умопомрачительно. Этот запах буквально одурманивал, проникая под кожу и заставляя мысли путаться.

«Так, Юля, соберись! Не смей вестись на то, как он тебя держит и как пахнет!» — панически кричал здравый смысл.

Олег вёл в танце безупречно, хозяйски направляя каждое мое движение. Его ладонь на моей пояснице обжигала даже через плотный бархат платья.

В какой-то момент, когда мелодия стала совсем тихой, он наклонил голову чуть ближе, так, что его губы почти касались моего виска.

— Ты очень красивая, Фиалка, — негромко, без тени привычной наглости произнес он. Голос звучал на редкость искренне, с мягкой, обволакивающей хрипотцой. — Этот цвет тебе невероятно идет. И платье... подчеркивает всё, что нужно.

Я судорожно вздохнула, чувствуя, как сердце пускается вскачь. Мог бы и сказать комплимент и без намёков на «всё, что нужно», это сбивало с толку все мои упорядоченные мысли.

— Ты... ты это тоже для мамы говоришь? — я попыталась вернуть себе привычную маску деловитости, хотя голос предательски дрогнул. — Она далеко, Романов, не услышит. Не обязательно так усердно переигрывать.

Олег на секунду замедлил шаг. Его серые глаза, потемневшие в полумраке террасы, встретились с моими.

Внутри всё сжалось от волнения, а сердце подпрыгнуло, застряв где-то в районе горла. Этот его взгляд... Мы ведь так не договаривались!

Романов должен был изображать влюбленного мажора для своей элитной родни, а не смотреть на меня так, словно я — центр его вселенной. Откуда в его глазах взялось столько нежности и тепла?

— А я говорю это не для мамы, Фиалка, — тихо, но веско ответил он.

Его пальцы чуть крепче сжали мою ладонь, а рука на талии собственнически прижала меня еще на миллиметр ближе, заставляя ощутить всю силу его тела.

По коже рванула бешеная дорожка мурашек, и я едва подавила глухой вдох. Какого черта, Романов?! У меня в голове на секунду воцарился абсолютный вакуум, выметающий все мысли.