Книга Не молчи, страница 50 – Иман Кальби

— Ага, и ноги от ушей! Так ты, кажется, сказал?! Ещё раз прикоснёшься ко мне, я всё маме расскажу! – пригрозила, сама не веря своей смелости. Зато теперь сомнений не осталось. На диване – это была не случайность. Это было специально, как и сейчас с гребанным ножом. Он приставал к Поле. Грязно и бессовестно, зная, что где-то рядом ходит жена. Фу! Какая мерзость!

— Так, что у вас тут за ор опять?! – Людмила появилась на кухне, и Полина, испугавшись, опустила нож.

— Да дочку твою учу торт резать. Ни на что не способна, – едва не сплюнул от горечи и раздражения отчим. Бедняга, умаялся тут всех учить.

— Ну, Диим, – одернула его мать. – Чего ты? День рождения у неумёхи сегодня. Вы уж не ругайтесь.

А Полине так горько стало, так обидно и тошно, что на глаза навернулись слёзы. Праздник был окончательно испорчен, а Поля решила обо всём рассказать матери. Отвращение к происходящему сдавливало гадким склизким комом дыхательные пути.

Вечером, когда подвыпивший отчим завалился спать на излюбленном диване, а Полина заканчивала мыть посуду, мать (тоже не особо трезвая) присела за стол и, подперев голову ладонью, уперлась локтем в стол.

— Большая ты у меня уже, Полька. Красивая, стройная, симпатичная. Всё при тебе. Я такой же была, знаешь? Первой красоткой в одиннадцатом классе! И волосы так же носила распущенными. Дурой была… Вляпалась в отношения, то ли от молодости, то ли назло… Мы с Димой с восьмого класса встречались. Но я ему- ни- ни! У нас в те времена строго с этим было… вот он и побежал налево. К моей подружке- давалке Ксюхе. Я не простила. Назло закрутила с твоим папаней будущим. Он соседом был нашим. Только с армии вернулся. Жениться меня потащил. А я, идиотка, пошла… без любви и без мозгов. Хорошо хоть, что тебя заделать долго не получалось, так я хоть отучилась, на работу вышла. А то бы… Сорок пять лет- жизнь под хвост… Ты такой не будь! А то как я- всю жизнь будешь за ошибку расплачиваться. Мужика выбери толкового. Перспективного. Даром что ли я в тебя столько вложила. И учишься ты на хорошем факультете… Есть у меня на примете пару парней из хороших семей…

Полина едва не поперхнулась. О чем она сейчас? Сводить ее собралась, как суку породистую? Много вложила? Это она еще ее и попрекает?

Полина шумно выдохнула и закрыла кран. Вытерла руки кухонным полотенцем и присела напротив матери. Людмила пьяненько улыбнулась, а Поле стало одновременно жаль мать и тошно на нее смотреть.

— Мам, – начала осторожно, чтобы не спугнуть раньше времени её хорошее настроение. – Тут такое дело… В общем, ко мне тут кое-кто приставал. Кое-кто, кого ты знаешь. Уже два раза. И я не знаю, как тебе в этом признаться.

Улыбка матери пропала.

— Что, парня завела? А нам чего не показываешь? И что значит приставал? Против твоей воли, что ли?

Полина медленно выдохнула. Начало положено. Осталось только озвучить имя.

— Нет, мам, не парень он. Мужик это. И не мой, а твой, – сказала. Глаза опустила вниз, не в силах смотреть матери в лицо. Не хотелось увидеть там боль разочарования. – Мне жаль, мам, – тихо добавила.

— Что ты несёшь такое, дурёха? Совсем, что ли, в своём интернате там рехнулась? Это кто тебя научил такому, а?! – мать даже приподнялась, чтобы залепить пощёчину Поле и та, схватившись за щеку, отшатнулась.