Онлайн книга «Падая за тобой»
|
Камила Понимала, что ему надо, наверное, выговориться, и в то же время, не могла все это слышать. Просто не могла… — Не хочу об этом, — перебила его я… Только не вспоминать сейчас весь тот ужас, который опять нас разделил на года… Только не сейчас… — Алмаз, мы столько ошибок за всю жизнь наделали, легче не разгребать… Давай забудем и пойдем дальше… Не нужно этого… Прошу… Умоляю тебя… Он молчит, дышит тяжело. И в то же время, чувствую, как гладит меня нежно по моей голой спине. И мне кажется, в этом его жесте и есть его согласие… Через какое-то время все-таки нарушает молчание. — Хочу познакомиться с ним по-нормальному. Блядь, какое познакомиться? Сына своего хочу! Немедленно! Я ведь слышал все! Ты ему про меня сказала! Он знает! Только я, блядь, как всегда ни хера не знаю! Что он любит? Чем увлекается? — Боями он увлекается, — выдыхаю раздраженно, как мать уже. А он смеется. — Ну правильно, не дома же ему строить и чертежи рисовать. Я фыркаю. — Между прочим, это очень серьезная и благородная профессия. — А я и не спорю, — отвечает он примирительно, — пусть строит, если хочет, только морду надо бить хорошо научиться… Этот навык пригодится, особенно если встретит такую, как ты смолоду себе на голову… Мы снова теперь блаженно молчим, вслушиваясь в дыхание друг друга. Балансируем между сном и бодрствованием, тяжелый день и еще более непростая ночь все-таки дали о себе знать. И я даже пошевелиться боюсь. Боюсь спугнуть свое счастье… Эту такую вечно недосягаемую, невозможную идиллию… Нас будет нагло пялящееся в окно солнце. Но я уже не сплю давно, но боюсь открыть глаза, потому что от этого мужчины можно ожидать чего угодно… Боюсь, что сейчас посмотрю на него и вновь наткнуть на стену отчужденности и равнодушия, сожаления и сомнений. Что скажет мне: «пока, уезжай, не нуждаюсь в твоих услугах больше». Не сказал. Почувствовала на своих ресницах его нежный поцелуй и снова обомлела. А уже через минуту я была под ним и громко кричала его имя, как он приказывал… А потом он поставил меня на колени и «наказывал» мои губы, как и обещал. Долго, жестко, изнурительно, царапая мне горло, сильно сжимая волосы на затылке… Так, что я почти почувствовала на языке мозоль… Он специально несколько раз уже довел себя до оргазма, чтобы теперь пойти на большую дистанцию, чтобы теперь иметь меня столько, сколько пожелает он, а не природа прикажет… И он имел, повторяя, хрипя от удовольствия, что если бы мог, то лишил бы меня способности говорить за все эти мои тайны и недомолвки по жизни, а рот бы использовал исключительно для поцелуев и минета… И меня выгибало судорогами кайфа от этой его грубости, грязных слов и не менее грязных действий со мной. А потом мы снова лежали рядом, обнимаясь, на полу… И он рассказывал мне, что теперь меня ждет. Не спрашивал. Просто констатировал. Что перееду к нему, перевезу Алана и тетю, чтобы было кому смотреть за ребенком, что купит огромный дом, а если хочу, построим, что я настолько его разбаловала своей домашней едой, что теперь точно буду все время готовить сама, что рожу ему много детей с моими глазами, что так много работать он теперь мне не позволит, только для души, а не для бабок, что больше никаких наглых мужиков- партнеров или заказчиков, что вторых «Тортыбековых» он не потерпит, иначе будут выходить из моего офиса без зубов, а еще, чтобы я привыкала все время ходить с резью между ног, потому что он будет трахать меня каждую свободную минуту- слишком много лет доступа к моему телу у него украла судьба… |