Книга Падая за тобой, страница 167 – Иман Кальби

Да, понимала его… Он сообщал мне все эти подробности, словно тыкая носом- вот, это все из-за тебя… Смотри, что ты натворила. Больше так не делай… Разумеется, всей нашей драмы он не знал. В его глазах все выглядело тривиальной разборкой нашего застарелого любовного треугольника, невольным свидетелем которого он был уже не первый год…

После вынесения приговора я уехала в Дубай окончательно. В России меня больше ничего не держало. Я ушла с головой в работу, выстраивая бизнес с нуля, и довольно успешно. Я преднамеренно не трогала деньги, которые мне оставил на счетах Алмаз. Использовала, как и планировала, капиталы, полученные в ходе развода. На них я имела все законные права, как говорила моя совесть… Спустя два года меня стали приглашать к сотрудничеству не только представители немаленькой русскоязычной диаспоры, но и местные компании, что можно было считать ошеломительным успехом. Дело в том, что настоящий Дубай- это не про роскошные отели, чистые улицы, шикарные автомобили и губастых девушек. Тот Дубай, которые знают большинство приезжающих сюда туристов- это вершина айсберга, вернее, его самое дно… Почти все население Дубая- до 90 % населения- это экспаты, иностранцы, занятые в самых разных сферах, начиная от крупного бизнеса, заканчивая всем тяжелым трудом. Местных так мало и они настолько финансово защищенные своим государством люди, что работать им по сути не нужно, если только не на престижных государственных должностях, связанных с национальными интересами. С иностранными жителями в обычной жизни они почти не пересекаются. Разве только изредка, с самыми богатыми из них, да и то- в модных заведениях, спортивных центрах или на культурных мероприятиях. Так вот, получить признание в том самом мире местных, пусть и в роли по факту наемной силы, коими они по-любому воспринимали любого приехавшего к ним иностранца- большая честь… И я была удостоена этой чести, когда меня позвали оформить один из дворцов одной из многочисленных дочек какого-то местного шейха из числа членов королевской семьи… И хотя оказанная честь профессиональным качествам моей команды не избавила меня от очередной порции приторного внимания избалованных женской безотказностью представителей мужского пола августейшего семейства, глобально проект принес мне большие деньги и как следствие — большое признание…

В Москве мне удалось решить еще одно архиважное дело. После того, как Капиев все раскрыл Алмазу, я не считала уместным церемониться с ним хоть как-то. Наняла хорошего адвоката и приложила все возможные усилия для лишения его родительских прав. Правда была на моей стороне, но даже доказывать ее не потребовалось. Он молча, на мое удивление, все подписал. Я все готовила себя морально к нашей встрече, но Капиев не высказал никакого желания со мной пересекаться. Не знаю, то ли в глаза было стыдно смотреть мне, то ли не хотел, чтобы я его видела искалеченным. Он так и не смог ходить после избиения Алмазом. Знаю, что Карина так и осталась при нем. Наверное, наконец-то была счастлива. Такие повернутые бабы внутренне даже удовольствие получают, когда годами ни во что их не ставящие мужики становятся вдруг от них зависимыми… Спустя пару месяцев после того, как Капиев подписал все документы об отказе от опекунства над сыном, мне на счет пришла баснословная сумма денег- как минимум несколько десятков миллионов долларов, а к транзакции прилагалось короткое сообщение; «Это для Алана. Я все равно его всегда считал и буду считать своим сыном». Тогда я сделала, наверное, самое достойное и правильное, что только могла в жизни. Сняла все эти деньги, подключила нужных людей и создала открытый Фонд поддержки всем женщинам, переживающим любую форму семейного насилия. Мы сделали этот проект максимально публичным, а главное- я преднамеренно не скрывала источник средств на него, чтобы Капиев знал… Я не хотела ничего от него для своего сына, а вот помочь бедным женщинам всех возрастов, ежедневно страдающим только потому, что родились женщинами, на его деньги посчитала вполне справедливым… Мы организовали горячую линию доверия, сделали схему связи максимально удобной и доступной, чтобы помощь могла получить не только образованная, проживающая в городе девушка, но и находящаяся в глубинке, без средств, должной связи и возможностей пострадавшая… Моя жизнь в Дубае и основная работа, конечно, не позволили быть вовлеченной в проект постоянно и лично. Но руководство Фондом было передано в очень надежные, профессиональные руки, а строгая финансовая отчетность исключала воровство и попытки нажиться на благородном деле…