Онлайн книга «Падая за тобой. Книга вторая»
|
Время идет, телефон неизбежно отключается от отсутствия подзарядки, да и пользы в нем не было-сети так и не появилось… Зато появляется липкий страх, паника, потерянность во времени и пространстве. Сколько я здесь? Час? День? Впервые у меня такое- не чувствую времени, не чувствую биоритмов… Я снова пыталась орать, снова звала на помощь, снова пыталась выяснить, есть ли кто-то еще среди застрявших вот так же, как я, только в других комнатах. Но- оглушающая тишина. Казалось, все разом куда-то испарились, просто взяли и исчезли… Только я оказалась запертой в непонятном месте на непонятное время… А может это чистилище? Может я уже умерла…. Это многое объяснило бы… Становилось по-настоящему страшно… Еще и от того, что в комнате становилось все тяжелее дышать… Это я, конечно, не учла… Воздух потихоньку сжигался от огня, а новых его источников не было- все входы в непробиваемой толще снега… Надо тушить огонь? А это означало бы замерзнуть… Вот и все. Выбирай, Камила что больше нравится… Сдохнуть от удушья или замерзнуть от холода… Почему-то вспомнилась рожа Аушерова с его вечными нравоучениями про выбор… Выбор… А был ли он у меня изначально? Какая сила толкала меня взяться за этот странный, словно сюрреалистичный, возникший из ниоткуда проект… Все, наверное, неслучайно… Горы меня не отпускали… Решили, видимо, напоследок напомнить, кто я… Показать мою ничтожность, незначительность, мелкость на их величественном фоне… А еще я, наконец, была у той самой реки, частью которой всегда хотела стать, когда становилось особенно плохо… Пусть так и будет… Я на дне ущелья, на которое смотрела годами и восторгалась силой и свободой бьющей по его отрогам, как по щекам, реки… Красиво… Вот бы хоть раз на это взглянуть перед смертью… Когда-нибудь этот снег растает, убежит стремительными ручьями к водам реки, а с ними и я… Частица меня… Я думала об Алане и об Алмазе… Двух самых важных мужчинах моей жизни, не считая папы, которого я любила самозабвенно, но почти не помнила… Жалела, что так и не нашла в себе силы признаться Алмазу про Алана… А вернее, не было возможности… Хотя зачем я сама себя пытаюсь оправдать- это была моя вина, что бы ни было… И теперь мне за нее платить щемящей болью в сердце, сыну моему платить… Теперь он останется круглым сиротой при живом отце… Не такой участи я ему хотела… Все, что я хотела- оберегать его, любить, ходить, лелеять… Делать все то, чего была лишена я… Я все-таки потушила огонь. Понаходила какие-то тряпки и грязные одеяла, невесть откуда здесь оказавшиеся, утеплитель для стен, который только завезли. Сделала себе подобие шалаша, чтоб хоть как-то греться без жара огня… В утеплителе были мелкие частички стекла, такая технология изготовления, из стеклобоя – зато прочная, термостойкая, долговечная. Эти частички больно впивались мне в кожу, но разве такая боль сравнима с перспективой помереть от холода или асфиксии… Стала про себя петь песни, проговаривать любимые Аланом сказки, пытаясь абстрагироваться от ужаса действительности… Вспоминать руки Алмаза… Боже, как же я хотела бы сейчас его обнять, согреться на его плече, завернуться клубком и расслабиться… Каким бы он ни был со мной жестоким, с ним я чувствовала себя защищенной… Его любовь, пусть и медвежья, грубая, собственническая, грела меня даже на расстоянии… Уже не грела… Он отпустил меня, и я осталась одна… Замерзать и бояться… |