Онлайн книга «Туарег. Золотое проклятие»
|
Таша раздраженно прикрыла глаза, заставляя себя не ловить каждое его движение… Ватная голова, тяжесть в желудке, настолько неприятная, что она даже отказалась от еды… Нужно зайти в уборную, просто умыться, просто перевести дух… Хорошо, что туалет в хвостовой части самолета… Встает, направляется туда и тут же пересекается со стюардессой, выносящей с бортовой кухни стаканчик с горячим чаем для Белькасема… Дальше все происходит слишком быстро, и в то же время, как на замедленной съемке… Самолет резко дергается, попадая в воздушную яму, стюардесса буквально наваливается на Иштар, а кипяток горячим, хлестким ударом бьет по ее ноге… Не спасают даже джинсы… Больно… Настолько, что она не может сдержать вскрика, резко хватается за ногу. Вскрикивает от ужаса и бортпроводница, понимая, что только что ошпарила одну из самых важных женщин в Марокко. Белькасем оказывается рядом за секунду. Так быстро, что Иштар даже не успевает почувствовать боль. И только после его вопроса начинает в полной мере ощущать последствия попадания кипятка на нежную кожу… — Сильно больно?-его напряженный голос разрывает монотонный белый шум двигателей Бомбардье (прим.– марка самолета). Рядом что-то шепчет причитающе-оправдательно стюардесса, но он ее резко перебивает, приказывая принести аптечку. Подхватывает Иштар на руки, сажает на столик и одним рывком стягивает ее пропитанные горячей водой джинсы. Все это могло бы казаться смущающим и неуместным, она могла бы дернуться в сопротивлении, но жгущая боль на ноге такой силы, что девушке остается только хватать ртом воздух, чтобы не заплакать… Печет… Очень сильно печет… — Тихо, тихо, сейчас станет легче,– произнес он хрипло, тут же приложив к месту ожога холодную бутылку воды, а другой рукой начал зачем-то массировать Иштар левую мочку уха. Она поднимает на него подернутый поволокой слез взгляд, в котором читается вопрос. Колеблется- то ли отстраниться, то ли полностью покориться его рукам… Довериться… Ей пока слишком больно, чтобы выбрать самостоятельность… Она вверяет себя ему, надеясь, что спасет, утихомирит эту нестерпимо пекущую боль… — На ушной мочке много точек, отвечающих за болевые ощущения. Я сейчас попытаюсь немного уменьшить болевой шок.– считывает от немой вопрос и тут же на него отвечает… Она молча кивает и не выдерживает- слезы брызжут из глаз. — Правильно, плачь. Так легче переносить боль, Мираж… Зачем… Зачем он так с ней… Заботливо… От этого обиднее и больнее вдвойне… Лучше бы просто молчал… — Нарисса, повторяю, где тертый картофель?!-спрашивает повелительно, перекрикивая шум двигателей, обращаясь к стюардессе. Та тут же несется обратно с аптечкой и тарелкой наструганного корнеплода. Туарег щедро сбрызгивает покрасневшую кожу на ноге выше колен охлаждающей пеной пантенола. Иштар дергается, и не понимает, то ли от соприкосновения холода с обожженной кожей, то ли это от его прикосновений… Теперь Белькасем щедро кладет натертый сырой картофель на поврежденный участок. — Очень хорошее средство от ожогов… Так делают в моем племени, если кожа долго подвергалась термальному воздействию… Не переживай, шрамов не останется… Иштар чувствует некоторое облечение. Боль действительно, словно отступает. И она ненароком ловит его взгляд, теперь устремленный ей между ног, там, где плотно смыкаются бедра, открывая обзор лишь на микроскопический кусочек треугольника белых трусиков. Ее тело простреливает.. То ли от стыда, то ли от… |