Онлайн книга «Шейх и Майя. После измены»
|
— Я думал, сын, что ты повторяешь мою судьбу и мою отвратительную историю с Зулайхой. Видит Аллах, не было дня, чтобы я не сожалел о том, что произошло с моим братом… Ибоис меня попутал и я совершил непоправимое... А потом всю жизнь страдал… Моя любовь к этой женщине, пусть и единственной женщине, которую я полюбил, была отравлена ядом братопредательства, Тамер. И я отчаянно боялся, что случится нечто подобное. Но… Именно эта женщина позволила вам обоим найти в себе силы зарыть топор войны. Я сильно болен и осталось мне совсем мало… Теперь я уйду с чистым сердцем хотя бы в этом вопросе… А в остальном, Тамер, завещаю тебе бороться и отбиваться за свою любовь, раз уж ты решил посадить ее на трон…. — Здесь я тебя обставил и сделал отец, — усмехается Тамер, все еще слабо... — Не понял… Ты о чем? Аль-Маррифи замирает, не понимая сына. — Шейх Нуреддин Макдиси, глубокоуважаемый отец. Вот ключ. Он взял опекунство над Майей. И выступит в роли старшего мужчины, который выдаст ее замуж… Нет, отец, Майя теперь не безродная девица с Севера. Она приемная дочь правителя Сокотры. Вот тебе правда. Именно потому Майя отправилась пережидать бурю туда. Именно об этом я вел разговор с Шейхом до этого, а многие решили, что я мечу на его земли как правитель… — То есть.. — То есть Майя теперь завидная невеста по арабским меркам… Быть под опекой правителя из клана Макдиси- где бы ты нашел невесту лучше? Они говорят между собой, а я только слушаю, ужасаюсь, возмущаюсь, становлюсь до невозможности счастливой, потом дико эмоциональной… Сложно… И неожиданно… Как всё в нашей с ним жизни. Аль-Маррифи смотрит на нас. Не мрачный, но и не особо-таки веселый… — Свадьба будет через три недели, — говорит аль-Маррифи, — нужно… закатить пир на весь мир… Чтобы все видели, что в Киренаике пусть и консервативные традиции, но любовь побеждает! Эпилог Спустя четыре года Киренаика снова встречает меня своими идеальными пустынными дорогами, огромной стройкой — Тамер плотно взялся за развитие страны, а также молчаливым величием дворца. Сейчас тут нет той привычной тяжести, которая так отчетливо ощущалась нами обоими, стоило только зайти на территорию дворца. Может быть потому, что сменился правитель и сменилась эпоха… А может быть потому, что я здесь больше не живу и не чувствую себя связанным по рукам и ногам чужими правилами… Прохожу внутрь парадного входа. О моем визите никому не известно- и потому слуги, встречающие меня на пути, слишком сильно суетятся… Их глаза наполнены неожиданностью и даже ужасом. Еще бы такой гость, а дворец все еще в сонной неге… А я люблю вот так приезжать. Без этой помпы и формальностей, которыми с удовольствием бы окутал меня Тамер. Но нет. Это не про меня… — Ахмад? — слышу нежный женский голос сбоку, журчащий как вода. Поворачиваюсь на нее с улыбкой, потому что уже узнаю. — Майя, — сабаху (араб. — доброе утро), ты что так рано не спишь? Она красиво в любом положении и в любое время суток. И даже сейчас, на рассвете и с огромным животом… Этой женщине удивительно к лицу все, но беременность- особенно. Есть в этой неприкрытой женственности какая-то обескураживающая красота. — Умр просыпается в это время, кормила его и вышла выпить чаю… Я не могу скрыть улыбку. — Когда я завещал Тамеру родить много-много блондинистых наследников, я не думал, что он воспримет мои слова как руководство к действию и вы с разбегу начнете плодиться как кролики… |