Книга Что осталось от меня — твое, страница 66 – Стефани Скотт

К тому моменту, когда он оделся и поднялся на холм, небо затянулось низкими облаками.

На горизонте разрасталась буря, окрашивая все вокруг в серовато-коричневые тона, похожие на цвет раковины мидий. Поглядывая на горизонт, Каитаро подумал, что примерно через час тучи дойдут до берега и прольются дождем, окутывая полуостров туманом и сыростью.

Он вошел в дом через боковую дверь и пересек небольшую комнатку. Эта уютная берлога, где царил беспорядок — похоже, привычный, — явно принадлежала Рине: ее книги и журналы были разбросаны по полу, тут же валялись пляжные шлепанцы, красное пластмассовое ведерко и детский совок. Потом Каитаро вышел в гостиную — никого. Он двинулся в глубь дома, прислушиваясь к звукам и шорохам и пытаясь понять, где находится Рина. По левую сторону коридора обнаружилась кухня. Внезапно Рина возникла передним, словно материализовавшись из воздуха. Она по-прежнему была в его рубашке. Пятна от влажного купальника расползлись по тонкой ткани, которая липла к телу, подчеркивая его изгибы.

— Кража моих вещей? — суровым голосом спросил Каитаро.

— Все твое — мое.

— Не возражаю, потому что выглядишь ты в этом наряде чертовски сексуально.

Рина откинула голову и расхохоталась.

Она поставила чайник на плиту и повернулась к шкафчику, чтобы достать чай в блестящем пакете из фольги. Каитаро прислонился к косяку двери, наблюдая за Риной и поражаясь грации, с которой она двигалась в обжитом пространстве кухни. Только выражения ее лица он не видел — волосы упали на глаза, когда молодая женщина склонилась над столом. Она насыпала две ложки чая в глиняный чайник, налила кипяток в две чашки, заполнив их до краев, а затем одну за другой перелила в чайник.

Когда Рина обернулась, Каитаро все еще стоял возле двери, любуясь ею. Он не без удовольствия заметил, что щеки Рины залились румянцем. Она оперлась рукой о край стола и опустила глаза.

— Оставлю чай, пусть настоится, — сказала Рина. — А пока разожгу печь.

— Этим могу заняться я, — предложил Каитаро.

Она недоверчиво вскинула брови.

— У нас дома была печь, — сказал Каитаро, отступая от двери, чтобы пропустить Рину, и сам двинулся за ней в гостиную.

Они вдвоем опустились на колени возле печи. Рина протянула ему спички и бумагу. Каитаро выбрал из стоящей рядом корзины два тонких полена и одно потолще, расположил их в топке так, чтобы они лучше занялись, и затолкал между ними скомканную бумагу. Затем чиркнул спичкой и поднес ее к бумажному комку, наблюдая, как огонь переползает на поленья, робко лижет их, а затем накидывается, словно голодный зверь.

— Ну, что я говорил! — Каитаро победоносно взглянул на Рину.

Та кивнула, продолжая смотреть на огонь.

— Столько талантов, просто поразительно, — согласилась она, поднимаясь на ноги.

Рина усмехнулась, когда Каитаро потянулся к ней, и отступила на шаг назад. Он замер, удивленный и одновременно раздосадованный. Но Рина стояла перед ним в его промокшей рубашке, едва прикрывавшей бедра, губы ее подрагивали, а глаза дразнили и смеялись.

— Отступаешь? — грозным голосом спросил Каитаро. Рина сделала еще несколько шагов назад, он же надвигался, повторяя каждое ее движение, до тех пор пока она не уперлась в стену. Отступать было некуда, а разделявшее их расстояние сократилось до нескольких миллиметров.