Книга Бруклинские ведьмы, страница 43 – Мэдди Доусон

— Так хорошо, что ты наконец пришла в себя и вернулась домой, — произносит моя подруга Эллен однажды вечером, когда мы с ней и с Софронией встречаемся, чтобы втроем выпить и поужинать.

Я только три дня как вернулась домой, но мама сказала, что мне надо общаться с людьми, и она, возможно, нрава.

Эллен и Софрония работают в страховой компании в центре Джексонвилла и встречаются с мужчинами из своего корпоративного мирка. Они говорят мне, что жизнь в коллективе держит их на плаву: похмельные понедельники, сумасбродные среды и деловые четверги. А там и выходные с вечеринками на пляже, где много пива и танцев. Интрижки, свидания и всякое такое.

Я едва помню этот мир. Если подумать, я, пожалуй, на самом деле никогда не была его частью.

— Тебе непременно надо сходить с нами, — заявляет Эллен. — Раз уж ты вернулась, тебе необходимо выбросить этого мужика из своего сердца.

Софрония бросает на нее многозначительный взгляд, и обе они становятся печальными. Они грустят из-за меня.

— Ну так как, у тебя с ним и правда все? — спрашивает Эллен.

— Да, о да, окончательно! Я с ним рассталась, рассталась, рассталась, — повторяю я. Я рада, что они не почувствовали, что у меня образовался комок в горле при этих словах.

Обе подруги одновременно тянутся через стол и обнимают меня, и я вспоминаю, как они мне нравились в средних классах, до того, как мы разошлись по разным старшим школам и я сбилась с пути, а они в своей школе попали в избранную компанию крутых ребят.

Они до сих пор крутые девчонки, и, может, затусить с ними действительно хорошая идея, раз уж я вернулась домой. Мы пьем пиво, флиртуем с какими-то парнями, а потом на меня наваливаются усталость и грусть, и я говорю им, что у меня еще есть дела.

Диван в рубчик манит меня к себе, окликая по имени.

В первые выходные, которые я провожу дома, на ужин приходят Натали и Брайан.

Я обнаруживаю, что теперь они лучшие друзья с нашими родителями. Я просто в шоке — в шоке! — потому что поняла, что у них есть общие ритуалы. Воскресный ужин, например, а еще субботы, когда во второй половине дня отец играет с Брайаном в гольф, пока мама с сестрой ходят по магазинам или в кино. А еще по понедельникам и средам сестра готовит на обе семьи, а мама каждый четверг посылает молодым свой мясной рулет.

Еще сильнее меня поражает тот факт, что хотя бы раз в две недели они собираются, чтобы поиграть в четверной солитер, у них сложная система подсчета очков, которую никто толком не может мне объяснить не расхохотавшись, так что в конце концов они перестают даже пытаться. Я стою, изумленная, пока мать и сестра пытаются рассказать мне об игре, а отец и Брайан то и дело вставляют небольшие ремарки — …и если у тебя больше определенного количества карт…

— Красных карт!

— Не только красных, любых. Просто за красные очков больше.

— Да, кроме тех случаев, когда у твоих противников нечетное количество черных карт.

— Солитер? — вставляю я. Но это же… пасьянс. Его раскладывают… в одиночку.

Они покатываются со смеху, услышав такое оригинальное заявление. Я чувствую вспышку раздражения, смешанного с завистью, оттого, что мне никогда не угнаться за ними, не стать в полной мере членом их маленькой уютной компании.

Натали берет меня под руку и говорит: