Книга Руководство для одиноких сердец, страница 55 – Мэдди Доусон

— Извини. Я правда не хочу тебе докучать. Просто я все время думаю — надо же, мы сестры, и, если бы жизнь пошла по-другому, естественным путем, мы могли бы вырасти в одном доме. Были бы неразлучными Кэт и Куколкой. Любили бы друг друга. В конце концов, я твоя ближайшая родственница. Подумай сама.

И Нина улыбнулась такой печальной, жаждущей любви улыбкой, что Линди пришлось закрыть глаза, чтобы она не бередила ей душу.

* * *

После этого у Линди уже всерьез разыгралась головная боль. Зачем она впустила эту женщину в свою жизнь? Она закончила оплачивать счета и прошлась по салону, кивая клиенткам и пытаясь улыбаться. Выход в рабочие залы, чтобы убедиться, что дела идут гладко, всегда поднимал ей настроение. Она сказала Мариетте Бизли, что новая стрижка молодит ее лет на двадцать, принесла Сюзанне глазурь для волос и помогла Кимбе, на которую наседали сразу две посетительницы, одновременно требовавшие внимания.

Необходимо выбросить Нину из головы и снова обрести самообладание. Странно представить, что жизнь могла сложиться иначе, — будь она Куколкой, она стала бы совершенно другим человеком.

Пора было подумать о вечернем выступлении. Ей предстояло произнести речь перед собранием родителей. Почему она согласилась? Она прекрасно знала почему: Хизер Квинлен, председатель родительского комитета, на собрании в прошлом месяце во всеуслышание назвала Линди выдающейся женщиной и объявила, что только она, Линди, сможет устроить карнавал на Хеллоуин и завтрак в честь учителей на каникулах. И, что еще важнее, Хизер пришла к ней на работу со своей прелестной дочерью Дженезис, они сделали одинаковые стрижки и повсюду прославляли салон. Хизер расхвалила «Уголок рая» минимум пяти мамашам, и благодаря этому Линди ввела новую услугу «Дочки-матери», которая стала пользоваться ошеломляющим успехом.

И вот теперь ей приходилось соответствовать образу выдающейся женщины. А для этого необходим кофеин. Линди сломя голову побежала за латте на обезжиренном соевом молоке и только потом осознала, что взяла именно такой кофе, потому что Хизер Квинлен принесла его в тот день, когда пришла стричься, и презентовала с таким видом, как будто других напитков не существовало. Он даже не особенно нравился Линди, так зачем же она его заказала?

«Чтобы подстроиться под среду, — произнес голос в ее голове. — Ты всегда пытаешься это сделать. Потому что считаешь, будто попала сюда по ошибке. Возможно, поэтому тебя так раздражает Нина с ее неприкрытой мольбой в глазах». Линди передернуло.

Вернувшись в салон, она позвонила Джеффу на мобильный и предложила, раз уж они договорились с няней на весь вечер, поужинать после посещения школы. К ее удивлению, муж согласился.

— Мы так давно не ходили в ресторан без детей! — сказала она. — Это все равно что свидание. Можно обсудить взрослые темы.

— Что за взрослые темы ты имеешь в виду — мир во всем мире и изменение климата или секс-игрушки и порнофильмы? — Джефф засмеялся низким озорным смехом, как раньше, и Линди даже приободрилась.

За окном шел снег, и вид тяжелых белых хлопьев не вызвал у Линди, как обычно, чувства усталости и досады на бесконечную зиму; напротив, она ощутила прилив сил и преисполнилась надеждой. Мягкое одеяло мартовского снега покроет серый ландшафт, а семейная жизнь Линди и Джеффа наладится благодаря совместно проведенному вечеру, нескольким бокалам вина, свечам и задушевному разговору. Она наконец завладеет вниманием мужа и расскажет ему о несносной и надоедливой Нине, страсть которой найти семью иногда пугает, но одновременно и восхищает. Может, он даже проведет под скатертью ее рукой по своему бедру, как однажды, когда они еще только встречались, и, возможно, они повторят то, что случилось в тот давний вечер: не доев свой ужин, сорвутся из ресторана и займутся любовью в машине.