Книга Руководство для одиноких сердец, страница 47 – Мэдди Доусон

Картер заперся в спальне, но мы все слышали обрывки его тихого серьезного разговора с бывшей женой.

— Ради бога, Джейн, все произошло слишком быстро. Конечно, дети расстроились, а чего ты ожидала?

— Я ничуть не расстроена, — буркнула Индиго из-под пледа. — Пусть катится ко всем чертям, если ей это так, блин, необходимо. Мы и сами вырастем. Всё путём. Нечего больше об этом рассусоливать.

Тайлер иронически заметил:

— Ну конечно, ты ничуть не расстроена.

— Заткнись, — рявкнула его сестра.

— Сама заткнись.

— Нет, ты заткнись.

Я, не желая того, громко вздохнула и, когда они оба повернулись ко мне, сказала:

— Ой, извините. Просто я пишу своей маме. Надеюсь чем-то заинтересовать ее, чтобы она захотела встретиться со мной. — Я нервно хохотнула. — Ох уж эти мамы, да? Их поведение оставляет желать лучшего.

Индиго объяснила Тайлеру:

— Нину в раннем детстве удочерили, и теперь она пытается найти свою настоящую мать.

Юноша кивнул.

— Я выяснила, что в восьмидесятые она была знаменитой певицей, — продолжила я.

— Да? И кто она? — Казалось, он и впрямь заинтересовался, а не просто спрашивал из вежливости.

— Ты таких не знаешь, чувак. Она пела в «Лулу и детях звезд», — сообщила Индиго.

— И она была знаменита? — осведомился Тайлер.

— Да, в свое время, — ответила я. — Но ее настоящее имя Фиби. Фиби Луиза Маллен.

— Нина узнала ее имя только вчера, — сообщила Индиго. — И прикинь: монахиня позволила ей взглянуть на свидетельство о рождении, хотя это противозаконно, но она пожалела Нину. И представляешь: оказывается, мать родила Нину в пятнадцать лет. Без обид, но, по-моему, это гадость.

Я опешила. Не думала, что Индиго вовсю грела уши, когда накануне мы с Мелани разговаривали и листали фотографии.

Подростки снова уставились в экраны. В спальне Картер опять повысил голос:

— Нет, нет, мы все знаем, как ты ждала этой возможности, Джейн. Но ты не можешь винить Кайлу за то, что она обиделась. Они ведь еще дети. Мы с тобой договорились. Совместная опека, проживание в одном городе.

— Не хотите прогуляться? — предложила я.

— Не хотите хлебнуть мышьяка? — в тон мне ответил Тайлер, и я не сдержалась и рассмеялась. Он смотрел на меня и тоже чуть посмеивался.

Затем я помогла Индиго встать и размотать плед, и мы втроем проследовали в кухонный уголок. Я достала вилки, и мы встали у разделочного стола и принялись доедать черничный пирог прямо из формы для запекания. Тайлер включил рэп, и он заглушил мучительный для подростков разговор в соседней комнате. Они скребли вилками по металлическому дну формы, отчего у меня сводило зубы.

— Нет, ну правда, Тайлер. Без дураков. Разве отец может заботиться о нас? — обратилась Индиго к брату. — Готовит он ужасно, стирать не умеет; он даже вряд ли догадывается о том, что нам нужны свои комнаты.

— Почему ты всегда так сурова к нему? — поинтересовался Тайлер. — Он лучший на свете, самый заботливый отец, и здорово будет жить с ним. Все устроится хорошо.

— Это отстой. Почему мама не захотела взять меня с собой на ферму? Я бы поехала не задумываясь.

Я поставила форму от пирога в раковину и выглянула в окно.

— Ты бы поехала на ферму? — Тайлер засмеялся. — Не выдумывай. Ты бы там и дня не протянула. Заштатный городок, люди, которые никогда никуда не выезжали. Ты что, собралась стать волонтером? Хочешь крутить свиньям хвосты под предлогом личностного развития? Думаешь, там кому-то понравятся твои армейские ботинки и фиолетовые волосы? Ты бы стала там изгоем.