Книга Где деревья достают до звезд, страница 88 – Гленди Вандера

— То есть ему не требовалось зарабатывать авторитет.

— Точно.

— Из-за этого твой отец и Джордж рассорились?

— Они были лучшими друзьями до самой папиной смерти.

— Ну почему же тогда ты ненавидишь этот дом?

Гейб, нахмурившись, смотрел в лес.

— А ты видела старое кладбище на границе наших участков?

— Кладбище? Нет, а что, там живут привидения?

Губы Гейба сложились в неприятную усмешку.

— Можно и так сказать…

— И что же это за привидения?

Усмешка пропала.

— Возьми фонарик, Джо. Я покажу их тебе.

Джо падала с ног от усталости, но не могла отказаться от возможности выяснить причину странных перемен в настроении Гейба. Удостоверившись, что Урса сладко спит и не готовит новый побег, она схватила фонарь и вышла наружу.

— Иди за мной, — сказал он, направляясь к лесу. Мишка промчался мимо Джо, виляя всем телом от восторга, что его взяли на прогулку.

Гейб шел по левой стороне подъездной дорожки, подсвечивая фонариком кусты.

— Давненько я здесь не был… Ага, нашел! Кажется, нам сюда. — Он шагнул в густую придорожную поросль, протиснулся сквозь кусты и углубился в лес. Джо с трудом следовала за ним. Впрочем, в чаще бурелома было меньше, и двигаться стало легче.

— Во время учебного года мы с родителями приезжали сюда по крайней мере раз в месяц, — пояснил Гейб через плечо. — И большую часть лета тоже проводили здесь. Правда, Джордж и Линн, его жена, приезжали реже, но все равно, когда я был маленьким, мы постоянно общались.

После короткой паузы он продолжил:

— Когда мне было лет одиннадцать, я заметил, что мама и Джордж в разговоре частенько используют потайные словечки. Начинала всегда мама: ее кодовыми словами были «любовь», «надежда» и все производные от них.

— Я что-то не поняла. Ты к чему клонишь?

— Например, мама говорила: «О, надежда всегда умирает последней» — в ответ на какую-нибудь реплику Джорджа, или: «Посмотри на этот закат — в него невозможно не влюбиться».

— Да, странно, — заметила Джо.

— Меня это заинтриговало. — Они с Джо одновременно перешагнули через ствол упавшего дерева. — Я стал прислушиваться к их разговорам более внимательно. Большинство взрослых не осознают, что дети не полные идиоты и много чего понимают.

— Это точно.

Гейб остановился и поводил фонариком вокруг себя, пытаясь сориентироваться в темноте. Затем направился левее, к каменистой осыпи.

— И чем больше я подслушивал их разговоры, тем больше понимал, в чем дело.

— Не может быть! — выдохнула Джо, начиная догадываться.

— Как раз может. К двенадцати годам я был уверен, что они любовники. Однажды мы ловили на ручье водных насекомых, и Джордж пожаловался, что устал из-за бессонницы.

— Ну и что?

— У мамы тоже часто случалась бессонница, и она говорила, что для нее лучшее лекарство — долгие прогулки.

— И что это доказывает?

— Ничего. Но спустя несколько недель я бродил по лесу вот здесь, на границе участков. Я вообще изъездил на велосипеде весь лес, знал, как мне казалось, каждую тропинку.

— В этом лесу?

— Да. В тот день я наткнулся на старинное кладбище. — Гейб поднял фонарик, осветив заросшие мхом надгробия. — В начале девятнадцатого века здесь стояла небольшая церковь. На церковном дворе хоронили людей вплоть до тысяча девятьсот одиннадцатого года. Но потом церковь сгорела, а кладбище забросили.