Книга Сказки и не только, страница 132 – Мира Айрон

Полевой изобразил нарочито внимательное выражение лица. Юля прекрасно понимала, что обмануть его не удастся, но решила всё же сделать попытку.

— Аркадий Викторович, там, в командировке, я вдруг поняла, что делаю не своё дело и занимаю чужое место. Пока я ещё молода, мне необходимо заняться поиском своего места в жизни, поисками себя.

— Очень интересно, Волошина. Три с минусом тебе. Давай дальше. Тварь ли я дрожащая, или право имею, и далее по списку, — кивнул Полевой.

Больше всего Юле сейчас хотелось послать Полевого туда же, куда она послала Степана позавчера вечером, но она понимала, что начальник ни в чём не виноват. Это она повела себя глупо, порывисто и непрофессионально. А значит, ей не место в такой солидной организации, как медиа-холдинг, в который её приняли на работу, оказав доверие.

Тем более, она утаила важнейшую информацию и собиралась продолжать утаивать. Степан дал ей интервью неофициально, и никто не узнает об этом интервью.

— Юля, я же вижу: у тебя что-то случилось, — сказал вдруг Полевой человеческим голосом, без высокомерия, снисходительности и сарказма.

Посмотрев в его внимательные ярко-зелёные глаза, Юля неожиданно разрыдалась.

— О, горе мне, — вздохнул Полевой, набрал воды из кулера и протянул стаканчик Юле. — Пиши заявление на отпуск без содержания, на две недели. Отдохнёшь, сил наберёшься. Ты ведь сразу после окончания универа работать начала, а там тоже и защита была, и госэкзамены, сплошной нервяк.

— А как же интервью? — севшим голосом спросила Юля сквозь рыдания.

— Придумаем что-нибудь, не парься. Нам два месяца дали.

— Спасибо вам, Аркадий Викторович! Спасибо…

— Угу, отец родной, — усмехнулся Полевой. — Заявление пиши, и чтобы я тебя не видел здесь в ближайшие две недели. Мне тут нервные срывы меньше всего нужны. В бухгалтерии и в кадрах сам договорюсь. Всё, Волошина, исчезни!

В тот же день Юля уехала в Подмосковье, к бабушке и деду.

* * *

Чем занималась Юля, пока гостила у бабушки и деда? По мере сил помогала, а в свободное время читала. Читала произведения, которые ещё месяц назад ей бы и в голову не пришло прочитать: тёмное фэнтези и хоррор.

Предпочтение отдавалось одному конкретному автору, и чем больше Юля читала, тем сильнее ей нравилось. Кажется, она начала понимать Полевого: "цепляет" — это очень мягко сказано.

Юля даже не пыталась бороться с собой; она понимала, что не сможет больше никогда не думать о Степане. Не сможет жить без его странных и глубоких, таких похожих на него романов. Она "отравлена" навсегда.

Однако постепенно к тоске по Степану и душевным мукам добавилась тревога, которая нарастала даже не по дням, а по часам.

В социальных сетях Степан зарегистрирован не был, но блог Елисея Хлебникова он вёл и постоянно обновлял. Раньше постоянно обновлял. А теперь, вот уже больше недели, а если быть точнее, десять дней, не появляется на сайте.

Юля начала читать этот роман, который Елисей Хлебников публиковал по частям, ещё до поездки в командировку, и продолжала читать до сих пор.

Раньше она читала только роман, а теперь, устав обновлять страницу в ожидании появления Степана, уже не знала, как отвлечься, потому начала изучать комментарии.

— Господи! — воскликнула шокированная Юля через несколько минут, устав от возмущённых воплей читателей Елисея Хлебникова. — Такой концентрации нытиков, душнил и экспертов околовсяческих наук на один квадратный миллиметр история ещё не видывала, а старожилы не припомнят!