Книга Итак, маски сброшены, страница 11 – Мира Айрон

— Она сказала «здравствуйте». Всё.

— А ты ей?

— А я не сказала. Вообще ничего не сказала. Знаешь, как-то пропал интерес. Типаж вполне предсказуемый и ожидаемый, вот только...

— Что? — оживился Блохин.

— Вместо волка в овечьей шкуре я увидела просто овцу.

— Очень интересно и загадочно, но ничего не понятно, — развёл руками Сергей. — Пояснительная бригада подъедет?

— Подъедет, но чуть позже, когда будем в кафе. Всё объясню.

— Я так понимаю, что ты мне рассказала не всё, когда приехала просить о помощи? А ведь я предупреждал!

— Серёжа, не торопи события.

— Ну да, ну да, — тяжело вздохнул мужчина.

* * * * * * *

Виктория и Сергей сидели за столиком и из полумрака небольшого зала кафе наблюдали в окно за толпами спешащих с работы людей. Сумерки ещё только начинали спускаться на город.

— Серёжа, — заговорила Вика, внимательно глядя в задумчивое и немного грустное лицо своего сегодняшнего спутника. — Не сердись. Знаешь, есть вещи, которые сложно взять и рассказать... И не важно, кому. Тем более, я была уверена, что прямого отношения к делу это не имеет, лишь косвенное. Я была уверена, что Юра — жертва обмана, а теперь понимаю, что нет.

Блохин перевёл взгляд с окна на лицо Вики, глаза его немного сузились, и женщина уловила в них разгорающийся сыщицкий азарт.

— Погоди, Вика... Вы прожили с Буровым семнадцать лет, и у вас нет детей. А у Софьи Алексеевны есть, и забеременела она практически сразу. Если прибавить к этому твою сегодняшнюю реакцию на новость, которую я принёс, твой смех... Буров не может иметь детей? Всеволод и Лев — не его сыновья?

— Именно. И сначала я подумала, что Полякова обманывает его.

— А что, Юрий Платонович не знает о своём диагнозе?

— Подразумевалось, что да, не знает. И его отец не знает. Знали мы с Ниной Анатольевной. Это она уговорила меня взять всё на себя, чтобы все окружающие, и Юра в том числе, были уверены — проблема во мне. Думаешь, мне, совсем обычной девчонке, приехавшей из маленького городка, просто так взяли и доверили управление клиникой, приняли в семейный бизнес?

Блохин невесело усмехнулся, а в глазах его мелькнуло разочарование.

— Думай что хочешь, — устало сказала Вика. — Я согласилась, потому что безумно любила Юру. Он казался мне настоящим принцем из сказки, и я сходила с ума от осознания того, что такой парень заинтересовался мной и даже сделал мне предложение. Я бы под поезд легла, чтобы быть с ним. С крыши бы сиганула. Потому выполнить просьбу свекрови для меня не составило труда. От любимого человека я не могла иметь детей, а от других они мне и не были нужны. Мы дважды прошли процедуру ЭКО, разумеется, без результата, и в заключении всё было так, будто из-за меня. У Нины Анатольевны были надёжные знакомства в медицинских кругах.

— Но... зачем? Почему не сказать правду? — пожал плечами Блохин.

Взгляд его немного потеплел.

— Фамильная гордость, Серёжа. Платон Андреевич всерьёз помешан на своём происхождении, род его достаточно древний, и бесплодие единственного сына стало бы для Бурова-старшего очень большим ударом. Нина Анатольевна сильно пеклась об этом и, зная о моём отношении к Юре, взяла меня в сообщницы.

— Ну и жизнь у тебя, Вика...

— Жизнь как жизнь. Многие люди идут на жертвы ради любимых и принимают навязанные им правила игры. Тебе ли не знать, Серёжа!