Книга Четверг без дождя, страница 16 – Мира Айрон

Кажется, брат прочитал мои мысли, поскольку шагнул вперёд, задвинул меня за свою внушительную спину и с вызовом заговорил:

— Меня зовут Никита Александрович Тихорецкий, я брат Веры Александровны. А вот вы кто такой? И почему моя сестра должна с вами говорить? Может, вы представляете для неё опасность?

Дверной колокольчик снова прозвенел, и в мастерской материализовался двухметровый человек-шкаф.

— Всё в порядке, Станислав Сергеевич? — пророкотала громадина.

— Да, Лёня, всё нормально, — махнул рукой Шабалин.

Точнее, господин Шабалин. А как иначе обращаться (пусть даже мысленно) к человеку, путешествующему в сопровождении личной охраны?

— Не беспокойтесь, ждите в машине, — распорядился «господин», и скалоподобный Лёня исчез за дверью.

Шабалин достал из поясной сумки права и приблизился к нам с Ником.

— Допустим, — мрачно пробормотал Ник, внимательно изучив карточку. — Так что вы хотели?

А я уже начинала понимать, что нужно этому типу в обманчиво демократичных джинсах и нарочито простой, но мегабрендовой хлопчатобумажной футболке.

И моя догадка оказалась верной.

— Я отец Дарьи Шабалиной, будущий тесть Игната Лихачёва. Не знаю, что вы себе напридумывали, уважаемая, — пристальный и холодный взгляд светлых глаз сверлил меня насквозь даже через стёкла очков.

В голове промелькнула абсолютно ненужная мысль о том, что Даша, видимо, похожа на мать, а не на отца.

— Ничего я не придумывала, — пожала плечами, пытаясь сохранить независимый вид. — Раз уж вы сами начали этот разговор, то послушайте! Ваша дочь сбежала, бросив своего жениха накануне отвественного мероприятия. Что должен был делать Игнат?

— В общем, так, — ледяным тоном прервал мою пламенную речь Станислав Сергеевич. — Если сегодня вечером я и моя дочь не получим от вас официального опровержения того, что вы якобы являетесь невестой Игната, а также извинений, то можете попрощаться со своим бизнесом. Через пару дней здесь не будет не только вашего павильона, но и всего мини-рынка.

— Я не обязана ничего вам доказывать и тем более, извиняться!

Кажется, в отличие от внешности, характер Дарья унаследовала от папаши! Также упивается собственными высокомерием и гордыней.

— У вас есть время до конца сегодняшнего дня, — процедил Шабалин.

Я демонстративно отвернулась, ушла в угол, села на скамейку и продолжила трапезу, всем видом давая понять, куда Станислав Сергеевич может засунуть свои угрозы.

Никита последовал за мной, но как только Шабалин, неопределённо хмыкнув, покинул мастерскую, брат подскочил к окну.

— Вот это тачка! — выдохнул он. — Там толпа зевак собралась посмотреть.

— Надо позвонить Игнату, — я начала вытирать руки большой бумажной салфеткой. — Пусть как-то решает проблему, разруливает, это ведь он всё затеял.

Игнат примчался через час, — испуганный, взъерошенный, бледный. Хорошо, что клиентов уже не было, и мы готовились закрывать мастерскую.

— Вера, прошу, только не сердись и не обижайся! Иначе батя меня прибьёт! — с порога затараторил Лихачёв-младший.

Ник злорадно хмыкнул и покосился на меня.

— Во-первых, добрый вечер, — назидательно сказала я беспокойному посетителю.

— Добрый вечер! — обрадовался Игнат, поскольку понял, что я вовсе не сержусь и не обижаюсь.

— Во-вторых, присядь и успокойся.